Меню

Айновы острова баренцева моря

Айоновы острова — оазис в Заполярье

На северо-западе Мурмана, в водах залива Варангерфьорд, лежат два небольших острова — Большой и Малый Айновы. Пожалуй, это самые известные острова Баренцева моря, с давних времен упоминания о них встречаются в краеведческой, научной и даже в детской литературе. Есть несколько схожих легендарных вариантов происхождения островов.

Давным-давно захотели нойды (колдуньи) новых земель, богатых растительностью, и послали за ними сынов. Те отрезали кусок земли в южной Норвегии. Но условия колдовства были нарушены, и окаменели острова посреди залива.

По другому варианту — в Печенгском монастыре преподобный Трифон просвещал крещением саамов. И вот назло саамскому апостолу нойды вздумали запереть Печенгский залив. Для этого они тащили отделенную землю к заливу. И снова были нарушены условия колдовства, и острова вновь остановились и окаменели.

Основу таких легенд можно понять. Айновы острова в самом деле отличаются от скалистых берегов Мурмана. Они сложены не гранитами и гнейсами, а сланцами и песчаниками, поэтому рельеф их очень сглажен. Берега почти не имеют резких обрывов, плоские каменистые плиты побережья полого спускаются к воде.

Растительность на островах так же резко контрастирует со скромными тундрами соседнего материка. Посещение этих островов летом производит неизгладимое впечатление.

Поражают роскошные пестрые луга золотой купальницы и лиловой герани, малиновые поля красной дремы, иван-чая и белоснежной ромашки.

Неожиданными кажутся здесь, за Полярным кругом, заросли папоротников — обитателей влажных и теплых мест. Крупные зонтичные растения образуют заросли метровой высоты, а иные экземпляры бывают выше роста человека.

Вершины пологих холмов покрыты вороникой и морошкой, вдоль морского берега тянутся приморские луга злаковых трав.

Само слово «Айновы» произошло от финского названия островов — Хейня-Саарет, сенные острова. Острова издавна использовались как сенокосные угодья норвежцами, русскими монахами Трифонов-Печенгского монастыря, которому были приписаны в восемнадцатом веке, и финнами, владевшими островами с 1918-го по 1945 год.

В 1946 году Айновы острова были переданы Кандалакшскому заповеднику, и с тех пор здесь постоянно ведется охрана биоценоза и научные наблюдения за происходящими в нем изменениями. Нужно сказать, что при отсутствии у заповедника своего морского транспорта эта работа возможна только при постоянной дружеской помощи дивизиона морских пограничников, которым мы за это очень благодарны.

Главное богатство Аи новых островов — птицы. Море богато кормами, а мест, удобных для гнездования, не так уж много, поэтому птицы гнездятся плотными поселениями -колониями.

На Айновых островах зарегистрированы встречи около 160 видов птиц, большинство из них — пролетные или залетевшие сюда случайно, занесенные штормовыми ветрами.

Одна из основных ценностей островов — гаги. Скромно окрашенные самки на гнездах мало заметны, зато весной у берегов острова токуют яркие самцы. Пух, которым самки выстилают гнезда, издавна высоко ценится.

Белым облаком над колонией взлетают полярные крачки. На севере эти птицы только гнездятся и выращивают птенцов, а на зимовку улетают к берегам Антарктиды.

Близ морского берега в толстом слое торфа роют норы смешные тупики — птицы с массивным красным клювом. Их иногда называют северными попугаями. Единственный птенец тупика сидит в гнезде, устроенном в норе, почти полтора месяца, пока полностью не оперится.

Как во всяком общежитии, у жильцов острова много проблем: кто-то занял чужое гнездо, кто-то разорил гнездо соседа, а то и съел птенца. Весь день шум стоит над островом невообразимый. Птиц здесь настолько много, что рассказать о всех невозможно.

Доступность островов в незамерзающем море практически круглый год делает их прекрасной природной лабораторией ученых-испытателей, приезжающих сюда из разных концов страны.

Иветта ТАТАРИНКОВА. Научный сотрудник Кандалакшского государственного заповедника.

Источник

Айновы острова: мир животный и растительный

Перечисляя причины привлекательности Айновых островов для птиц, Пинегин не упомянул очень важный момент: за счёт удалённости островов от материка здесь нет четвероногих хищников. Для наземно гнездящихся птиц — а именно они составляют большинство птичьего населения островов – это исключительное преимущество, которое привлекает их сюда так же, как и столетие назад.

Странная птица тупик живет на Айновых островах и сегодня, и так же, как столетие назад, привлекает сюда исследователей (а в последние годы и фотографов). Айновская популяция тупиков долгие годы считалась самой многочисленной и стабильной в пределах России, но за столетие её численность очень существенно снизилась. В 1920-х годах регистрировалось около 30 тысяч пар, в конце 1950-х – 12-15 тыс. пар, в 1960-е — 7–8 тыс. пар, к концу 1970-х гг. — 3–4 тыс. взрослых особей, мы же застали на обоих островах только две колонии, по 250-300 пар каждая. Почему так сильно упала численность тупиков? Есть предположение, что это связано с уменьшением количества сельди и мойвы, их основной пищи.

Читайте также:  У какого моря жили старик со старухой

Первые сведения об айновских гагах относятся ещё к концу XVIII века. «На Айновых островах … каждое лето Гагочьих гнезд бывает довольно. Причиною сему то, что острова оные далеко лежат от берегу, и людям редко на них бывать случается» (Озерецковский, 1773). К сожалению, Озерецковский не приводит конкретных цифр, свидетельствующих о численности гаг. А вот из текста Пинегина мы узнаем, что к тому моменту, когда Печенгский монастырь начал опекать Айновы острова, гагачьих гнезд здесь было всего 50, но скоро, благодаря монастырской охране, их число существенно возросло. «В прошлом 1908 году было на двух островах до 1000 гнезд, а ныне на одном «Большом» коршик[1] насчитал 1200, кроме того, на «Малом» до 800» (Пинегин, 1909).

Чуть более поздние источники также свидетельствуют, что гаг на Айновых островах очень много: 2060 гнезд в 1913 году (по Граве), 2500-3000 в 1929 (по Мерикалио). Напрашивается вывод, что именно благодаря охране – сначала монастырской, а потом финской – число гаг столь существенно возросло. Охрана, безусловно, очень важна, но в данном случае причина не только в ней.

На протяжении почти четырёх десятилетий, с 1963 по 2001 гг., сотрудники Кандалакшского заповедника каждый год проводили учёты гагачьих гнезд на Айновых островах. В отличие от разрозненных данных предыдущих лет, результаты этих учётов дают гораздо более объективную картину, поскольку их проводили одни и те же люди, по одной методике, примерно в одинаковые сроки, и все эти годы на Айновых островах был одинаковый режим охраны. И тем не менее оказалось, что количество гнездящихся гаг в разные годы изменяется очень сильно: от 730 до 1900 на обоих островах (Летопись природы, 1963-2001).

От чего же зависят такие серьёзные колебания численности? Ответ на этот вопрос предложили учёные Кандалакшского заповедника:

Птенец большого поморника. Фото Александры Горяшко. Взрослый большой поморник. Фото Юрия Быкова.

«Исправником» в народе называли поморника: по одним источникам – короткохвостого, по другим – длиннохвостого, а скорее, всех поморников, без разбора. На Айновых островах поморников два вида. Численность их, по сравнению с другими видами, мизерна. Мы зарегистрировали на Большом Айнове три пары больших и две пары короткохвостых, на Малом Айнове – одну пару короткохвостых; примерно такие же данные приводят и все предыдущие исследователи. Но, несмотря на малую численность, не заметить поморников невозможно, так агрессивно они нападают на человека, оказавшегося поблизости от их птенцов. Когда поморник стремительно несётся над землей, целясь прямо в твою голову, он кажется страшным не только чайкам.

Интересно, что ни чайки, ни бакланы не удостоились описания Пинегина, лишь односложного упоминания. Сегодня же именно чайки, морские и серебристые, и бакланы, большие и хохлатые, — самые многочисленные обитатели Айновых островов, но и их количество, и видовой состав претерпели существенные изменения.

Типичная картина айновских берегов: колония больших бакланов, морские и серебристые чайки. Фото Юрия Быкова.

Хохлатые бакланы начали гнездиться на Малом Айнове совсем недавно, в 1979 году, тогда было зарегистрировано всего 5 пар. К 1985 году их число выросло до 30 пар (Шкляревич, Татаринкова, 1986). В ходе нашей экспедиции зарегистрировано гнёзд хохлатого баклана с птенцами или яйцами: 624 на Большом Айнове и 128 на Малом Айнове. За 30 лет колония хохлатых бакланов на Малом Айнове увеличилась в четыре раза, да ещё и появилась огромная колония на Большом Айнове!

Птенцы хохлатого баклана в гнезде. В отличие от большого баклана, гнездящегося открыто, хохлатый баклан устраивает гнёзда в расщелинах камней, под скальными навесами и даже в нежилых человеческих постройках. Фото Александры Горяшко.

А вот количество чаек за годы наблюдений очень существенно снизилось, что видно из таблицы:

9-10 тыс. особей на о.Б.Айнов

8 тыс. особей на о.Б.Айнов

Иваненко Н.Ю., 2005

4 тыс. особей на о.Б.Айнов

3 тыс. особей на о.Б.Айнов

Иваненко Н.Ю., 2005

500 пар на Б.Айнове, 185 пар на М.Айнове

380 пар на Б.Айнове, 120 пар на М.Айнове

Ничего не говорил Пинегин и о гусях, но это как раз не удивительно – вероятно, до 1980-х годов серые гуси (Anser anser) на Айновых если и бывали, то только залётные. Во всяком случае, за время ежегодных наблюдений на островах, которые вели сотрудники Кандалакшского заповедника с 1963 года, первый случай гнездования серого гуся был отмечен в 1984 году. В научных публикациях отмечается только, что это первое гнездо было брошено самкой. Но мы знаем продолжение истории первого гусиного гнезда на Айновых, трогательное и трагическое одновременно.

Читайте также:  Донка для моря с берега

Несмотря на печальную судьбу первого гнезда, постепенно численность гнездящихся гусей на Большом Айнове стала возрастать, достигнув к 2005 году 40-50 пар, а в 2006 взлетев до 150-170 пар. В 2010 годов было найдено 270 обитаемых гнёзд (Иваненко, 2011), но больше такой колоссальной численности не отмечалось ни разу. Во время работы нашей экспедиции отмечено около 20 гнездящихся пар на Большом Айнове и 6-8 пар на Малом Айнове. Чем можно объяснить столь резкие колебания численности — пока сказать невозможно.

Птенец серого гуся. Остров Большой Айнов, 2018 г. Фото Юрия Быкова.

Почти совсем не уделил внимания Пинегин растительности Айновых островов, упомянув разве что знаменитую айновскую морошку, да то, что «сена снимают ежегодно до 800 пудов». Возможно, причина такого невнимания в том, что он был на островах в июне, когда трава ещё не поднялась. В июле не заметить здешние луга уже невозможно: они занимают около четверти территории островов, а высота травостоя на них доходит до 1,5-2 метров. Во влажных низинах кустарниковая ива образует непроходимые заросли. Временами кажется, что ты попал в джунгли, такая плотная зелёная стена тебя окружает. Совершенно необычны и обширные густые папоротниковые заросли, занимающие очень большие площади.

Автор статьи в зарослях папоротника на острове Малый Айнов. Фото Юрия Быкова.

А чего стоят знаменитые айновские кочки высотой до 1,5-2 метров! То тут, то там торчат они среди травы, на них, как на сторожевых вышках, сидят морские чайки, под ними, как в домике, любят гнездиться гаги.

Кочка на острове Большой Айнов, высота – 2 метра. На заднем плане маяк. Фото Александры Горяшко.

Между кочками буйно растут крупные зонтичные растения: купырь лесной и дягиль норвежский. Размеры их поражают: при средней высоте травостоя 110-140 см отдельные экземпляры дягиля достигают 230 см при диаметре стебля у основания до 8 см. В таких местах человек скрывается в травах с головой. Среди купыря и дягиля могут расти лишь немногие растения, способные пробиться к дневному свету сквозь сплошной полог огромных тёмно-зеленых листьев дягиля. Таких гигантских размеров растения достигают в результате обильного удобрения почвы помётом птиц: на каждый гектар острова Большой Айнов ежегодно вносится в среднем около 1,5 т помёта.

Заросли купыря между берегом моря и кордоном на острове Большой Айнов. Фото Александры Горяшко.

Глядя на все это растительное буйство мы не могли не задаться вопросом, из чего же заготавливали здесь сено монахи? Восемьсот пудов (более 13 тысяч килограмм) – это очень много; о заготовках сена говорит и финское название Айновых: Хейнасаартен (финск. Heinäsaarten) – Сенные острова. Между тем, виды растений, которые мы видим здесь сегодня, совершенно не подходят для заготовки сена. Напрашивается предположение, что во времена регулярных сенокосов состав растительности на Айновых островах был иным. Каким именно? Ответ на этот вопрос могут дать исследования торфяных залежей, которые проводил здесь один из участников нашей экспедиции.

Вот тут ошибся монах, собеседник Пинегина. Не думал он, что существуют на свете люди, которых не отпугнут от Айновых ветра и шторма. Сорок лет, сорок полевых сезонов, с мая до сентября-октября провели на Айновых островах научные сотрудники Кандалакшского заповедника: Иветта Павловна Татаринкова [2] и Рюрик Григорьевич Чемякин [3] . В бытовом отношении это была тяжёлая жизнь, многим она может показаться и вовсе невыносимой. Долгое время не было своего транспорта, в первые годы даже средств связи никаких не было. Продукты нужно было завозить сразу на четыре месяца, а когда из-за штормов прерывалась связь с большой землёй, то иногда и голодать приходилось. Освещение – белые ночи и керосиновые лампы, отопление – дрова, плавник, который выбрасывает море и который надо собирать по берегам острова, деревьев-то на Айновых нет. В любой внештатной ситуации надеяться можно было только на себя. Многих ужасал даже просто сам факт полной оторванности от внешнего мира, от общения. «Нас часто спрашивали: Не соскучились вы там? – рассказывала И.П. Татаринкова. — Не-а. Так хорошо. Самый счастливый момент у нас был, когда уходит судно».

Им всегда хватало айновских птиц и трав, наблюдений и мыслей. И только в одном «подвели» Айновы – для работы здесь необходима была хорошая физическая форма, а она с возрастом неизбежно терялась. В 2002 году был их последний полевой сезон на Айновых, но все следующие годы не было, кажется, ни одного дня, когда бы они не вспоминали любимые острова.

Читайте также:  Австралия пена от море

Иветта Павловна и Рюрик Григорьевич на крыльце кордона на Большом Айнове, середина 1990-х гг. Фото из архива И.П. Татаринковой и Р.Г. Чемякина.

Иветта Павловна Татаринкова скончалась в 2016 году. Её светлой памяти я посвящаю эту статью.

Автор: Александра Горяшко – биолог, историк науки. Более 35 лет сотрудничает с Кандалакшским заповедником, основной специализацией которого является охрана и изучение гаги. Член Ассоциации «Морское наследие: исследуем и сохраним», Союза литераторов России. Заканчивает работу над книгой «Дикая птица и культурный человек. Гага обыкновенная и человек разумный: четырнадцать веков взаимоотношений».

[1] «Коршик» — так Н.Пинегин называет одного из монахов, принимавших его на Айновых островах. По словарю Даля, «коршик» или «корщик» означает в речном судоходстве кормчего, рулевого, а в морском – «местного вожака, сведущего проводника». Очевидно, Пинегин использует это слово в его втором значении.

[2] Татаринкова Иветта Пантелеймоновна (1936-2016). Кандидат биологических наук (1974). С 1961 по 1963 гг. – лаборант науч.отдела, с 1963 по 1966 гг. – лесник на Айновых о-вах, с 1966 по 1992 гг. – с.н.с., с 1992 по 2002 – ведущий н.с., с 2002 г. – нач. отд. экологического просвещения Кандалакшского заповедника. Сфера науч. интересов – орнитология, экология морских птиц. Провела многолетний мониторинг (в течение 45 лет) численности ряда видов морских птиц Айновых островов. Автор около 100 работ о птицах Мурманской области.

[3] Чемякин Рюрик Григорьевич (1941 г.р.). Орнитолог, фотограф. Лесник, научный сотрудник на Айновых островах с 1966 по 2003 гг. Автор около 20 работ о птицах и тюленях Айновых островов и научно-популярной книги о природе Севера.

Герасимова Т.Д. 1947. «Заповедник «Семь островов». «Айновы острова», 1947 г.». Дневник. Научный архив КГПЗ.

Герасимова Т.Д. 1951. «Заповедник «Семь островов». «Айновы острова».1951 г.». Дневник. Научный архив КГПЗ.

Граве Г.Л. 1913. Экспедиции, путешествия, экскурсии, командировки и пр. // «Орнитологический вестник» №1, 1913 г. Стр. 383-385. http://www.littorina.info/kandalaksha/kandalaksha/pervoist/grave_expedicii.html

Иваненко, Н. Ю. 2005. Современное состояние орнитофауны о. Большой Айнов (Варангер-фьорд) в 2002 году // Материалы XXIII конференции молодых ученых, посвященной 70-летию МБС-ММБИ (май 2005 г.). Апатиты.

Иваненко Н.Ю. 2011. Особенности гнездования серого гуся ( Anser anser) на Айновых островах (Варангер-Фьорд, Баренцево море) // Гусеобразные Северной Евразии: география, динамика и управление популяциями. Элиста: 36.

Карпович В.Н. 1984. Кандалакшский заповедник. Мурманское книжное издательство.

В.Н. Карпович. 1988. Кандалакшский заповедник // Заповедники европейской части РСФСР. Ч. I. М.: Мысль. Стр. 20-61. https://www.booksite.ru/fulltext/rusles/zapov_1/text.pdf

Коханов В.Д., Скокова Н.Н. 1967. Фауна птиц Айновых островов // Труды Кандалакшского государственного заповедника. М.: Лесная промышленность. Вып. 5. С. 185-267.

Краснов Ю.В., Николаева Н.Г., Зубакин В.А. Ключевые орнитологические территории Европейской России: Айновы острова. http://www.rbcu.ru/kotr/mu004.php

«Летопись природы» Кандалакшского государственного природного заповедника, 1963-2001 гг. // Научный архив Кандалакшского заповедника.

Мешкова Л., Рогов А. 1985. «Берег, я – остров» // Вокруг света, №6 (2537). http://www.vokrugsveta.ru/vs/article/3296/

Озерецковский Н. 1773. О гагочьем пухе // Труды Вольного экономического общества. Т. 23. С. 105–114.

Парфентьева Н. С. Растительность Айновых островов // Тр. Кандалакшей гос. запов. 1969. Вып. 7.

Пропп М.В. 1991. В глубинах пяти океанов. Ленинград: Гидрометеоиздат.

Соколов В.Е., Сыроечковский Е.Е. (ред.) 1988. Заповедники СССР. Заповедники европейской части РСФСР. Ч. I. М.: Мысль.

Соловцов К.А. 1861. Очерки Архангельской губернии. Айновы острова // Архангельские губернские ведомости. № 38.

Татаринкова И.П. 2001. Многолетние изменения в статусе и численности водоплавающих птиц на Айновых островах (Западный Мурман) // Проблемы изучения и охраны гусеобразных птиц Восточной Европы и Северной Азии. М.: 123-124. https://cyberleninka.ru/article/n/mnogoletnie-izmeneniya-v-statuse-i-chislennosti-vodoplavayuschih-ptits-na-aynovyh-ostrovah-zapadnyy-murman

Татаринкова И.П., Чемякин Р.Г., Хлебосолов Е.И., Хлебосолова О.А. 2007. Формирование гнездовой колонии серых гусей Anser anser на Айновых островах Баренцева моря // Русский орнитологический журнал. Т. 16. Экспресс-выпуск 347. С. 263-269. https://cyberleninka.ru/article/v/formirovanie-gnezdovoy-kolonii-seryh-gusey-anser-anser-na-aynovyh-ostrovah-barentseva-morya

Чемякин Р. 2012. На семидесятой параллели. Лирический фотоальбом о природе Севера. Санкт-Петербург.

Шкляревич Ф.Н., Татаринкова И.П. 1986. Численность и некоторые стороны экологии хохлатого баклана на Мурмане // Редкие, исчезающие и малоизученные птицы СССР. М.: 4-8. https://cyberleninka.ru/article/n/chislennost-i-nekotorye-storony-ekologii-hohlatogo-baklana-phalacrocorax-aristotelis-na-murmane

Merikallio Einari, 1924. Jäämeren ääreltä: lintukuvia ja kuvauksia Petsamon Heinäsaarilta ja niiden lähiseuduilta. Otava.

Merikallio Einari. 1939. Heinäsaarten kansallispuisto ja Pummangin luonnonpuisto. Helsinki.

Merikallio Einari. 1939. Heinäsaarten lintukuvakirja. Otava

Pearson Henry. 1904. Three Summers among the Birds of Russian Lapland. London.

Rae E. 1881. The White Sea Peninsula. A Journey in Russian Lapland and Karelia. London: John Murray. P. 11-23.

Источник

Adblock
detector