Меню

Белые моря башкортостана что это

«Заявление БСК о ликвидации «белых морей» — пока только слова» — экономист

Эксперт ProUfu, экономист Рустем Шайахметов, провел расчеты и выяснил, что, похоже, «у руководителя БСК плохо с математикой»

Подача иска Генпрокуратуры в Арбитражный суд об истребовании имущества «Башкирской содовой компании» из чужого незаконного владения создало новую реальность. Мало кто сомневается, что иск будет удовлетворен и БСК перейдет в собственность Росимущества. Также есть понимание того, что в результате направления материалов прокурорской проверки в Следственный комитет РФ будут привлечены к уголовной ответственности лица, причастные к приватизации.

Однако проведенный 9 сентября Совет директоров БСК показал, что частные владельцы компании не извлекли уроков из последних событий и не собираются выпускать компанию из своих рук и для этого у них есть основания.

О ликвидации «белых морей»

А теперь по существу. Сейчас из-за игнорирования действующего законодательства Башкирская содовая компания является виновником более 90% загрязнения реки Белая. Это происходит из-за высоких сбросов дистиллерной жидкости – отходов содового производства. Для хранения стоков в Стерлитамаке создан шламонакопитель «белое море» площадью 5 кв. км.

Согласно представленному отчету на Совете директоров в 2013-2019 гг. доля стоимости проектов, направленных на переработку отходов производства соды, в общем объеме инвестиций составила около 4%, в прошлом году на указанные цели было направлено инвестиций в размере 60 тысяч рублей. Экологическая ситуация ухудшается, но это, скорее всего, вряд ли волнует владельцев компании, так как в Стерлитамаке они не живут, на качество их жизни это не влияет.

Заявленная декларация БСК о ликвидации шламонакопителя «белое море» в течение 10 лет опровергается их же отчетами и заявлениями. Согласно оценке гендиректора компании, для ликвидации шламонакопителя необходимо 5 млрд рублей, но, как я понимаю, по еще не утвержденному БСК инвестиционному проекту «Строительство скважин для закачки дистиллерной жидкости в глубокие подземные горизонты» в 2020-2025 гг. планируется затратить 500 млн рублей, т.е. в десять раз меньше.

Также, если верить заявлениям гендиректора БСК, то за счёт данной программы предполагается утилизировать 60 млн тонн существующих отходов, а также 500 тысяч тонн, ежегодно поступающих в шламонакопитель, т.е. 65 млн тонн дистиллерной жидкости. У меня сложилось мнение, что у руководителя БСК плохо с математикой. Согласно отчету компании, производится около 1,8 млн тонн кальцинированной соды, а согласно применяемой технологии производство 1 тонны соды образует 10 тонн дистиллерной жидкости, т. е. в год образуется около 18 млн тонн дистиллерной жидкости. Согласно расчетам профессора Сафарова, в реку Белую, не нарушая экологических требований, можно сбрасывать около 7,5 млн тонн, т. е. ежегодное накопление дистиллерной жидкости должно составлять около 10 млн тонн. Это означает, что за десять лет необходимо утилизировать 160 млн тонн, но тогда затраты составят свыше 13 млрд рублей, ежегодные затраты компании должны быть около 1,3 млрд рублей, а согласно заявленным перспективным планам компании предполагается направлять на эти цели 100 млн рублей в год, т. е. в 13 раз меньше чем необходимо.

При этом миллиарды рублей уходят в офшоры и за это голосуют представители нашей республики. Почему позволяется частной компании уничтожать главную реку республики? Я не понимаю, почему молчат представители республики в совете директоров? Или они не собираются жить в Башкирии?

И, самое главное: несмотря на заявленные цели по закачке дистиллерной жидкости в скважины, как я понял, бурение скважин пока не началось, идет только обсуждение. Сколько будут обсуждать этот вопрос, неизвестно – год, два, а может быть, десять лет. Совет директоров не принял решение о выделении средств на эти цели, не поставил четко обозначенные цели и задачи, но прозвучала фраза о необходимости обсудить это с Минпромторгом России. Это – не принятие решения, а очевидная оттяжка времени. А в это время очередные миллиарды уйдут в офшоры, что является очевидной целью частных инвесторов. Напоминаю, что в 2018 году БСК уже заявляла о том, что шламонакопитель «белое море» в Стерлитамаке за ближайшие пять лет сократится более чем в шесть раз. Прошло уже два года, а реальных действий нет. Зато в этом году на дивиденды было потрачено 7,7 млрд рублей, значительная часть которых уже ушла за рубеж.

Читайте также:  Красивый пейзаж гуашью море

По социальной ответственности компании. Согласно отчету компании, в первом полугодии 2020 года в БСК на 2,5% сократилась численность работников, также снизилась средняя заработная плата.

Чем обернется утрата акций

Защитники БСК упирают на ухудшение инвестиционного климата в случае национализации компании. Однако, считаю, влияние будет небольшим, так как иностранные инвесторы в Россию особо не вкладываются, а российские понимают, что данный случай – исключение из правил, ответ на создание конфликта общероссийского масштаба.

Да, для республики утрата акций Башкирской содовой компании означает потерю ежегодных доходов в размере 4-5 млрд рублей, а также снижение возможностей влияния на деятельность компании. Следует ожидать, что акции БСК впоследствии будут выставлены на торги и придут новые владельцы, с которыми нужно будут находить новые коммуникации. Можно, конечно, ожидать, что часть акций БСК передадут Башкирии, как в случае с Башнефтью, но это будет зависеть от доброй воли высшего руководства России.

С высокой долей вероятности следует также ожидать подачу иска от имени Российской Федерации к владельцам акций Башкирской содовой компании о взыскании неосновательного обогащения в виде полученных дивидендов, утраты государственного имущества. Для Регионального фонда – структуры, через которую Башкирия владеет акциями БСК, это несет значительные риски, так как сумма исковых требований может превысить 10 млрд рублей. Если это произойдет, то следует ожидать продажи значительной части активов Регионального фонда, или же внесение в уставной фонд дополнительных многомиллиардных средств из бюджета Башкортостана.

И хотя предполагаемые последствия чувствительны для республики, но не смертельны. За все приходится платить. Зато есть перспектива спасения реки Белая, ликвидации шламонакопителя «белое море». Фактически спасен Куштау. Это более ценно.

По моему мнению, существующее руководство «Башкирской содовой компании» пора отправить в отставку, так как своей деятельностью оно дискредитировало себя, а самое главное – своими хамскими действиями породило мощный социальный протест. Потому что жители республики против уничтожения нашей природы, не хотят жить среди лунных ландшафтов и, естественно, возмущаются колониальными принципами деятельности частных владельцев БСК.

Источник

Белые моря в Башкирии неопасны

Башкирия расположена в глубине материка. Как-то считал, до ближайшего к нам, Каспийского, моря 1000 с лишним километров. Как до Москвы. В общем, с точки зрения географии, морей у нас нет. Однако с точки зрения фактов есть. Есть, да не просто моря, а Белые!

Породил эти моря гигант промышленности — объединение «Сода». Часто бывая на Шиханах, я, конечно же, видел много раз издалека эти Белые моря, много про них слышал и вот наконец-то представился случай побывать там. Руководство ОАО «Башкирская содовая компания» решило устроить пресс-тур для журналистов на Белые моря. Что знают про них люди? В общем-то, ничего хорошего. Говорят, что гадости в них аккумулировано столько, что все живое в радиусе миллион километров хватит отравить. И еще останется. Пахнут дурно, в ночи светятся, и в реке Белой из-за них вся рыба пропала, поскольку сбрасывается вся отрава исключительно в реку.

Читайте также:  Персидский залив это часть красного моря

Сначала была пресс конференция, и там рассказывали о различных экологических программах. А потом мы сели в автобус и поехали.

Промелькнуло «содовское» кольцо, дальние проходные и воздух в автобусе стал сгущаться. Запахло так, что хоть святых выноси.

— Чувствуете, — радостно прокричал экскурсовод сквозь шум мотора, — запах чувствуете?

Запах мог почувствовать даже человек с полностью атрофированным обонянием. И мы в ответ заголосили:

— Так вот, это пахнет не от Белых морей. Это городские очистные сооружения, — с чувством глубокого удовлетворения подытожил экскурсовод. — Белые моря дальше.

Я сразу вспомнил дни в примыкающем к «Соде» районе, когда ветер тянул с севера. Пахло точно так же. Мочевиной и прочими неаппетитными делами. Тогда я считал, что все проклятая химия. А оказалось, биохимия. Населения второго по величине города республики, Стерлитамака. Поскольку все стоки города сходятся именно сюда.

Между тем автобус въехал в ворота. За окнами сквозь клубы пыли, подымаемой с ухабов, блеснула вода. Автобус ехал будто бы по дамбе меж двух водоемов. Водоемы были квадратной формы, и дамба была не дамбой, а обваловкой, разделяющей водоемы на равные участки.

— А это и есть Белые моря, — прокричал сквозь еще более сильный шум экскурсовод.

Вода в них при этом была отнюдь не белой. Цвет ее был изумрудным, как в лагунах из глянцевых журналов.

— А когда остановимся?

— Скоро, теперь уже скоро.

Действительно, наше транспортное средство, покружив, выехало почти что к берегу Белой и остановилось.

Мы вышли на улицу. На горизонте расстилалась индустриальная панорама. Там были установки, градирни и, конечно же, дымящие трубы. Но здесь все было мирно. Ничем не пахло. В одном озере плескалась бирюзовая вода из глянцевого журнала, а в нее втекала по трубе вода из соседнего абсолютно белого водоема.

Словно бы продолжая мою мысль, экскурсовод показал на бирюзовую акваторию:

— Сюда у нас лебеди приземляются весной. Красивые такие.

—А вам их не жалко?

Но директор по производству содовой компании, Юрий Иванов уверил, что в этих водоемах ничего опасного нет. С производства сюда поступает так называемая дистиллерная жидкость, в которой содержится взвесь гипса и известняка, а также рассол, состоящий из хлорида кальция и хлорида натрия. Взвесь, шлам, известняк осаждаются в шламонакопителе. А прозрачная вода поступает дальше. Потом в определенных дозах, чтобы не навредить Белой, как водоему, имеющему рыбохозяйственное значение, сливается в реку.

— То есть опасности никакой для Белой нет?

— В тех объемах, в каких сбрасываем, нет. Все, что берем из земли, туда и возвращаем: вода, известь, поваренная соль и хлорид кальция. Кроме того, было принято решение оставшиеся в работе шламонакопители, то есть вот эти «белые моря» высушить естественным образом и потом так оставить или рекультивировать. А все остальные стоки уже перерабатывать без сбросов. Оборудование монтируется на базе цехов бывшего бариевого производства.

Вскоре мы поехали обратно. Миф о страшных белых морях был развенчан. Но только для меня и журналистов Стерлитамака, поскольку шламонакопители — так называются официально Белые моря — зона охраняемая, и кого попало сюда не пустят.

Жаль, думалось мне, чтобы было поменьше слухов, нужно чаще показывать людям, чего действительно нужно бояться, а чего нет.

Присоединяйтесь к обсуждению новости в наших группах в социальных сетях: ВК и инстаграм

Источник

Что ждет «белые моря» Стерлитамака?

В течение ближайших пяти лет площади отстойников сократят до минимума

При развитии технологий в химической промышленности еще никому не удавалось создать безотходное производство. Во всех странах неизменным спутником содовых заводов стали «белые моря», которые производственники называют шламонакопителями. В Стерлитамаке, где расположено крупнейшее в Европе предприятие по производству соды, сумели сделать так, что площади отстойников больше не растут, а, наоборот, в ближайшие пять лет сократятся более чем в шесть раз.

Читайте также:  Высота над уровнем моря кочубеевское

Когда-нибудь химики обязательно разработают технологию полностью безотходного производства кальцинированной соды. Но вот уже более 150 лет самым экологичным считается предложенный бельгийским ученым Сольве промышленный способ, в результате которого образуются жидкие отходы. Это так называемая дистиллерная жидкость – раствор соли с примесью гипса и известняка. Для его фильтрации и строят возле заводов специальные накопители.

За 70 лет работы содового предприятия в Стерлитамаке «белые моря» заняли более 460 гектаров. Старожилы рассказывают, что еще в советское время перед руководством завода «Сода» ставили задачу найти пути их сокращения.

Из твердого осадка начали делать добавки для силикатных кирпичей и особо прочного цемента, он входит в составы популярных стиральных порошков, сухих строительных смесей. Из жидкого осадка производят хлористый кальций, который хорошо раскупают нефтедобывающие и нефтеперерабатывающие предприятия. В крупных городах этот реагент используется в качестве антигололедного средства.

Три года назад на заводе запустили первую в России станцию фильтрации жидких отходов. В очистке задействованы современные фильтр-прессы, произведенные в Германии — стране, где вопросам экологии уделяют особое внимание. Обновили на предприятии и системы биологической очистки воды. Помогают людям бактерии, которым, как оказалось, промышленные отходы пришлись по вкусу. А новая воздухоразделительная установка позволяет улавливать необходимые для самого завода соединения и снова направлять их на производство.

— Если бы мы не построили новое отделение фильтрации, нам пришлось бы расширять площадь «белых морей», – рассказывает главный эколог предприятия Лена Шаяхметова. – И так за десятилетия работы завода в основном резервуаре накопились сотни тонн осадка, а новый отсек занял бы еще 90-130 гектаров.

Нашли на заводе и еще одно применение белому осадку. Он используется для рекультивации отработанных карьеров и оврагов. Хорошо показал себя при полевых испытаниях в качестве удобрения для кислых почв.

По словам заместителя директора АО «БСК» Марины Бортовой, в будущем компания планирует совсем избавиться от «белых морей».

— В течение пяти лет мы площади отстойников сократим до самого минимума, — говорит она. — У нас там останется порядка 70 гектаров чистой воды, которая будет накапливаться перед сбросом в реку.

Новое оборудование уже снизило содержание твердых веществ в отходах производства втрое. Это сразу заметили самые чуткие индикаторы…птицы.

— «Белые моря» – это те же соляные ванны, морская вода меньшей концентрации, причем в ней нет тяжелых металлов, — объясняет г-жа Шаяхметова. — Поэтому и прилетают птицы, как мы говорим, «отмокать», для них это – своеобразный курорт.

По словам председателя Союза экологов Республики Башкортостан, главы «Ассоциации по обращению отходов» Александра Веселова, проблема утилизации промышленных отходов для региона всегда была одной из самых острых, ведь в Башкирии десятки крупных и средних нефтяных и химических предприятий.

— Крупные предприятия первыми в республике пошли на конструктивный диалог с общественностью, тратят деньги на экологические программы, строят объекты по переработке отходов, — поясняет г-н Веселов. — Современная система фильтрации на «белых морях» — одно из таких решений.

Стерлитамакские «белые моря» могут однажды, лет через 15-20, исчезнуть или превратиться в зону отдыха. Создают же на месте соляных источников роскошные лечебницы. И тогда утихнут споры вокруг экологической ситуации в городе, а жители Стерлитамака получат свой собственный СПА-курорт.

Источник

Adblock
detector