Меню

Пусть враги за океаном

Пусть враги за океаном

Коммунизм № 2 (Сергей Михалков, 1961)

«Коммунизм»!
Какое слово!
Сколько в нём заключено!
Где с надеждой,
где сурово
произносится оно.
Хлеб для всех.
Сады в пустыне.
Торжество больших идей.
Все равны!
И нет в помине
обездоленных людей.

Пусть враги за океаном
не кривят с усмешкой рот —
это поздно или рано
всё равно произойдёт!

Нас на свете миллионы,
Мы в походе не одни —
боевых друзей знамёна
флагу нашему сродни.

«Коммунизм»!
Нам это слово
светит ярче маяка.
«Будь готов!» —
«Всегда готовы!»
С нами ленинский ЦК!

С нашей Партией любимой
мы нигде не разделимы —
За народ стоит она,
с нею Родина сильна!

«Коммунизм»!
Какое слово!
Сколько в нём заключено!
Где с надеждой,
где сурово
произносится оно.

Присутствует на следующих релизах:

Текст: Сергей Михалков (фрагмент поздней редакции стихотворения «Будь готов!», 1961).

Источник

Михалков С — Коммунизм (стих)

Детские стихи. Михалков Сергей Владимирович

Коммунизм — какое слово!
Сколько в нём заключено!
Где с надеждой, где сурово
Произносится оно.

Хлеб для всех, сады в пустыни,
Торжество больших идей.
Все равны и нет в помине
Обездоленных людей.

Пусть враги за океаном
Не кривят с усмешкой рот!
Это поздно или рано
Всё равно произойдёт!

Нас на свете миллионы,
Мы в походе не одни.
Боевых друзей знамёна
Флагу нашему сродни.

Коммунизм! Нам это слово
Светит ярче маяка.
Будь готов! Всегда готовы!
С нами ленинский ЦК!

С нашей партией любимой
Мы нигде неразделимы.
За народ стоит она.
С нею Родина сильна!

Сергей Владимирович Михалков (1913 — 2009) – писатель, поэт, драматург, председатель Союза писателей России, автор гимнов СССР, политический деятель.
Когда же началась Великая Отечественная война, Сергей работал военным корреспондентом. Разработал сценарий фильма «Фронтовые подруги» (за который получил Государственную премию), «Бой под Соколом». После окончания войны сменил направление творчества. Появились известные стихи для детей Сергея Михалкова. Также он создавал детские пьесы, писал сценарии к мультфильмам. Тогда же Михалков работал над сценарием фильма, который стал очень известным, «Три плюс два» и фильма «Большое космическое путешествие». В 1944 году после решения правительства сменить гимн, Михалков стал одним из авторов текста новой версии. Вторая редакция текста гимна вышла из-под пера Михалкова в 1977. Третья – в 2000. В 1962 по его инициативе (был одним из авторов и организаторов) начал выходить киножурнал «Фитиль».

Источник

Рецензии на произведение «Моим доброжелателям горе-патриотам»

Сунь-Цзы «Искусство войны»:

«Пусть на улицах вражеской столицы шепчутся, что князь обворовывает народ, советники его предали, чиновники спились, а воины голодные и босые.
Пусть жители калечат имя своего князя и произносят его неправильно.
Пусть им при сытой жизни кажется, что они голодают. Пусть состоятельные жители завидуют тем, кто в княжестве Вэй пасет скот.
Разжигайте внутренний пожар не огнем, а словом, и глупые начнут жаловаться и проклинать свою родину.
И тогда мы пройдем через открытые ворота» (Китай, 5 ст. до н.э.)

не понятно к кому обращение.

К Автору и читателям.
Я понимаю и принимаю недовольство и неприятие власть придержащими.
Много, ой много у них недостатков, но.
Нелюбовь и неприятие своей страны, родины.
Не осмеливаюсь озвучивать мысли своими словами, поэтому приведу цитату человека достойного уважения и доверия:

«В России испокон веков отношение к правительственной власти было всегда критическим. Едва ли есть другая страна в мире, кроме России, где недовольство правительством было бы столь стойким и хроническим.
Правительство в России – ответчик за все, даже за то, что делает сама страна внутри себя, в недрах своей духовной и экономической жизни. Пьянство, озорничество, бездельничанье, разврат царят чуть не на каждом шагу. Виновато правительство: или оно «довело», или «не умеет обуздать и направить на здоровый путь».
А начнет правительство принимать меры, призывать к труду, порядку – новые вопли: «тирания», «попрание свобод» и так далее».

Столыпин П.А., 1907

К сожалению, не могу отредактировать замечание.
Хочу признать, что я не совсем прав.
В большей степени это обращение к Юрию Первому.
Прошу прощения.

Смеётся тот, кто ставит в споре окончательную точку…
Надеюсь, вы же понимаете, что жизнь не вечна на земле?
И, кстати, не рассчитывайте от природы на отсрочку —
Для вас, червей, лишь вечен только жухлый склеп…

.
Согласен с многим и по сути
Мы все там будем , нечего сказать
Ну а пока решает наш Великий Путин
Летать иль ползать в этом мире .лять .))))

Откуда такая подпитка ненавистью? Должен быть источник . изнутри или снаружи.?
Ув.Игорь, кроме Вас никто не разберётся. Интересно . Буду заглядывать. Успехов!

Такая мощная негативная энергетика сжигает ваши, Игорь, жизненные силы, питается Вашим здоровьем. Может случиться так, что осознаете это, когда будет трагически ощутимо .
Не желаю такого Вам! Всех благ!

Игорь! просто класс.
С уважением Р.Г.

Биограф Смерти —
Много или мало.
Дерзай!
Раз выбор Вечности,
Призвал тебя к перу.
Но Помни —
Указать на недостатки,
Лишь может тот,
Кто Чист пред Богом,
И в Миру.
С ув.Наталия.

Портал Стихи.ру предоставляет авторам возможность свободной публикации своих литературных произведений в сети Интернет на основании пользовательского договора. Все авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил публикации и законодательства Российской Федерации. Данные пользователей обрабатываются на основании Политики обработки персональных данных. Вы также можете посмотреть более подробную информацию о портале и связаться с администрацией.

Ежедневная аудитория портала Стихи.ру – порядка 200 тысяч посетителей, которые в общей сумме просматривают более двух миллионов страниц по данным счетчика посещаемости, который расположен справа от этого текста. В каждой графе указано по две цифры: количество просмотров и количество посетителей.

© Все права принадлежат авторам, 2000-2021. Портал работает под эгидой Российского союза писателей. 18+

Источник

Сергей Владимирович Михалков. Стихи (стр. 9 )

Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 9

С новой былью сам стучится

К вам, ребята! В вашу дверь.

Мчится время полным ходом,

Но у нас, в стране родной,

Не ушли в забвенье годы,

Что отмечены войной.

На уроке в первом классе

Тихо шепчут малыши:

«Год победы помнишь, Вася?

Сорок пятый! Запиши!»

«Сорок первый — сорок пятый!» —

Учит наша детвора.

А для бывшего солдата

Это вроде как вчера.

Это кто вокруг планеты

В корабле своем летит?

Всем народам шлет приветы,

С целым миром говорит.

Пообедав во Вселенной,

Бортовой ведет дневник.

Это он: обыкновенной,

Сельской школы ученик —

Сын учителя с Алтая,

По фамилии Титов.

Знаешь, клятва есть такая:

«Будь готов!» — «Всегда готов!»?

Дорогую клятву эту

Он сквозь жизнь свою пронес

И сказал, садясь в ракету:

«Я готов. Лечу. Сбылось!

Я народу благодарен

За доверие ко мне.

Проложил мне путь Гагарин

В этой звездной вышине!»

Видит он в иллюминатор

Школьный глобус — шар земной:

— Прохожу сейчас экватор!

— Вот Сахара подо мной!

— Слышу вас, с Земли, прилично!

— Курса правильно держусь!

До свиданья. Спать ложусь.

Ту ракету мастерили

Дел советских мастера.

Знать, не зря над ней мудрили

И душою молодые

И родной рабочий класс,

Всюду радующий нас!

Не одной бессонной ночью

Были дружно сплочены

И ученый, и рабочий —

Мозг народа, цвет страны.

Надо было все расчеты

Чтоб в неведомых высотах

Неприятностей не ждать.

Жив, здоров и невредим.

Не сгорел и не разбился!

Лишь немного притомился:

Спать не так, как мы, ложился,

Ел не так, как мы едим.

Наша Родина в Кремле —

Положили вы начало

Новой эры на земле.

Все народы, все державы

Знают вас по именам.

Разве мог орел двуглавый

Золотые звезды славы

Принести на крыльях нам?

Да! Посмей назвать отсталой

Ту великую страну,

Что прошла через войну,

Столько бедствий испытала,

А теперь такою стала,

Что почти до звезд достала

Перед рейсом на Луну.

Я летел над океаном

На стоместном корабле,

Был туристом иностранным

На большой чужой земле.

Я бродил по разным стритам,

Со студентами сидел

И беседовал открыто,

С кем хотел и как хотел.

Видел я искусство зодчих,

И творенья рук рабочих —

Небоскребы — будь здоров!

Видел самых бедных нищих —

Оборванцев всех цветов,

И, как гость, входил в жилища

Богатеев всех сортов.

Видел я людей хороших —

Честных, умных, трудовых.

Видел я людей поплоше,

Видел злобных, видел злых.

И таких, что не проймешь!

Для которых дело мира —

Читайте также:  Реки бассейнов мировых океанов

Все равно что в сердце нож!

И таких, которым просто

На политику плевать, —

Все их думы, мысли, тосты —

Первым делом: торговать!

Не хочу страну обидеть,

Где в гостях я побывал, —

Я не все успел увидеть,

Очень много прозевал.

Мне не все пришлось по нраву —

По советскому нутру.

Ту богатую державу

За пример я не беру.

Есть хорошие, плохие

Люди в дальней стороне,

Есть такие, что Россию

Видят мысленно в огне —

Потерявшей все права.

Нам не нужно Вашингтона,

Если есть у нас Москва.

Мы живем в тревожном мире,

Но не наша в том вина,

Что звучат слова в эфире:

Неспокойно жить на свете,

На земле любой страны,

Если где-то в кабинете

Созревает план войны,

Как умножить разрушенья,

Как стереть с лица земли

Все, что люди возвели!

Генералы в Пентагоне

Говорят об обороне.

Оборона? От кого?

Если нас они боятся —

Мы не лезем с ними драться:

Нам хватает своего!

Есть, конечно, и у нас.

Мы не делаем секрета

Из того, что ТО и ЭТО

Круглый год — зимой и летом

Наготове! Про запас!

И, однако, мы готовы,

Ради Мира и Труда

С этой техникою новой

Снять посты с ракетных стартов,

Обезвредить бомб запас.

Но и вы сметите с карты

Паутину ваших баз!

Пусть военные заводы

Всех держав замрут навек!

— Вот он, памятник Свободы! —

Скажет мирный Человек!

Нам порой в ночи не спится

Не в предчувствии войны —

Не смыкаются ресницы

От того, чем мы полны —

Не тревогой, не сомненьем

И не страхом нищеты,

А реальным воплощеньем

Самой сказочной мечты.

Если вспомнить дни былые:

Зимний. Смольный. Петроград.

И какой была Россия

Много лет тому назад,

А потом раскрыть газету,

Просто выглянуть в окно, —

Ты увидишь столько света

Там, где было так темно.

Пусть не легок и не гладок

Верный путь, ведущий нас,

Но ничто без неполадок

Не дается в первый раз.

Как ни бились, ни старались

Помешать нам господа —

Так ведь с носом и остались.

Людям — радость, им — беда.

Наши мирные победы,

Каждый подвиг трудовой

Для врагов — страшней торпеды

В обстановке фронтовой.

Сколько в нем заключено!

Торжество больших идей.

Пусть враги за океаном

Не кривят с усмешкой рот —

Это поздно или рано

Все равно произойдет!

Нас на свете миллионы,

Мы в походе не одни —

Боевых друзей знамена

Флагу нашему сродни.

Светит ярче маяка.

С нами ленинский ЦК!

С нашей партией любимой

Мы нигде не разделимы —

За народ стоит она,

С нею Родина сильна!

Чистый лист бумаги снова

На столе передо мной,

Я пишу на нем три слова:

Новой былью начинаю

Я для школьников рассказ.

День Победы вспоминаю —

Чем он в жизни стал для нас.

Не забыть мне этой даты,

Что покончила с войной

Той великою весной.

Сотни раз поклон земной!

Тридцать лет, как миновало

С исторического дня,

А в Берлине, с пьедестала,

Он, отлитый из металла,

Так и смотрит на меня.

Молодое наше племя.

Грозных лет лихое время

Пережили мы давно,

А для вас, ребят, оно

Только в книжках и в кино,

Да еще в рассказах дедов

И в отцовских орденах,

Что задолго до победы

Заработаны в боях.

Дни и ночи Сталинграда,

Дон и Курская дуга,

И уже назад — ни шагу! —

Все вперед, вперед к рейхстагу,

Чтобы там добить врага.

И в любом подразделенье

От Генштаба до полка,

И на каждом направленье,

В обороне, в наступленье —

Там, где трудно и опасно, —

На отважных погляди! —

Бьют часы на Спасской башне,

Провожая день вчерашний.

Говорит стране Москва:

От Карпат и до Памира,

В Приамурье, на Двине,

На алмазной трубке Мира —

Новый день по всей стране.

День открытий, день свершений,

И вручения наград.

Но нельзя мне в этой были,

Славя день советский свой,

Не сказать, что и над Чили

Тоже день. Но день другой!

В темных камерах зловонных

День, как ночь среди ночей,

Для невинно осужденных,

В государстве палачей.

Нелегко и неспокойно

Жить в иных чужих краях.

Сколько там людей достойных

Гибнет в тюрьмах и в боях!

Кто заботится о детях

В горемычных странах этих,

Где ни хлеба нет, ни школ

У того, кто бос и гол?

О волнениях в столицах,

Перестрелках на границах

Сообщают нам страницы

Наших утренних газет.

Тут — замучили студента,

Там убили президента.

В мире том законов нет!

Велико же наше счастье!

Мы живем с тобой в стране,

Где народ стоит у власти,

Преграждая путь войне.

Молодое наше племя!

В наш тревожный, бурный век

В рост поднялся перед всеми

Доброй воли человек —

Скромный труженик и воин,

Патриот и гражданин.

Он уверен, он спокоен,

Потому что не один!

Всем теплом страны согрето.

Как в насущный хлеб зерно,

В нашу жизнь вошло оно.

Это значит: год за годом

От завода до села

Труд советского народа

Воплощается в дела:

В миллионы тонн металла,

Чтоб страна сильнее стала,

В миллионы тонн зерна,

Чтоб сыта была она.

Это — уголь, это — руды

И цистерны молока,

Ясли, школы и повсюду —

Мы смотрим смело

И уверенно вперед.

Что касается до дела,

То его невпроворот!

ТО и ЭТО нужно строить,

Каждым часом дорожить,

С беспокойными дружить!

И о многом вспоминая,

Что осталось за спиной,

Казахстану и Алтаю

Шлем мы свой поклон земной!

И нефтяников Тюмени

От души благодарим,

Всем рабочим — каждой смене

Мы «СПАСИБО» говорим.

Всем знакомым, незнакомым,

Их обкомам, и райкомам,

И парткомам боевым.

Там, где трудно и опасно, —

На отважных погляди! —

Знают в школах все ребята,

Что в столице в феврале

Нашей партии солдаты, —

Совесть Родины моей,

Что несут сегодня Знамя

Те, кто пашет, те, кто строит,

Ищет нефть, каналы роет,

Службу в армии несет —

От глубин и до высот;

Кто алмазы добывает,

За ягнятами глядит,

Путь к планетам пробивает

И страной руководит.

Партий дружеских посланцы:

Финн, поляк, француз и чех.

Перечислить трудно всех!

Грозных классовых боев

Из далеких, чужестранных,

С ними нас объединило

То, что цель у нас одна,

А в единстве — наша сила,

Что в борьбе закалена.

Там, где трудно и опасно, —

На отважных погляди! —

У меня перед глазами

Зал Кремлевского дворца.

Выступает перед нами

Человек с душой бойца.

Человек партийной чести,

Он не раз бывал в бою

И вошел со мною вместе

В биографию мою.

Мы следим за каждым словом,

И доклад его таков,

Что ему внимать готовы

Люди всех материков,

Люди разных поколений

Всех народов, наций, рас.

Что сказать мне юной смене?

Был бы жив великий Ленин,

Ленин был бы горд за нас!

ЕСТЬ АМЕРИКА ТАКАЯ

Карта мира перед нами:

Вот земля, а вот вода,

Вот отмечены кружками

В разных странах города.

Сотни их: больших, столичных,

Главных, славных, мировых.

Много тысяч их: обычных,

Есть великие столицы:

Лондон, Дели, Рим, Париж.

Наш народ Москвой гордится —

Разве что с Москвой сравнишь!

И пускай неодинаков

Городов различных путь,

Но по-своему, однако,

Все приметны чем-нибудь:

Город нефти, город стали,

Звонкий город хрусталя,

Здесь — ковры веками ткали,

Здесь — веками выпекали

Всех размеров кренделя.

Этот город тем известен,

Что в просторы площадей

Каждый год на праздник песен

Собирает он людей.

Город — памятник музейный,

Город-порт и город-сад.

Весь в цветах оранжерейных

Прочитали мы с тобой.

Есть такой на белом свете,

Где сидят в застенках дети —

Дети с горькою судьбой.

Он недавно стал известен

Не кипеньем трудовым,

А бесчинством, и бесчестьем,

И невежеством своим.

Он теперь известен всем —

В диком штате Алабаме

Страшный город Бирмингем.

Город гнева, город стона,

Где во тьме горят кресты,

Где ты будешь вне закона

На глазах у Вашингтона,

Если кожей черен ты!

Жить хочу как человек!

Почему в стране Линкольна

Возродился рабский век?

Я хочу, как все, трудиться,

Ночью в страхе не дрожать,

Вместе с белыми учиться,

Цвета кожи не стыдиться

И себя не унижать!»

Но громилы ку-клукс-клана

Загорланили в ответ:

«Вам давать свободу рано —

Подождете тыщу лет!

Ну, а тех ублюдков белых,

Слишком честных, слишком смелых,

Тех, что с вами заодно,

Мы прикончим все равно!»

И сказали негры:

Нам свободу взять самим. «

В Бирмингеме — баррикады.

Лай собак. Огонь и дым.

Читайте также:  Место океана среди океанов земли

Ты хотел свою сестренку

Видеть с куклой на траве, —

Куклой бьют по голове!

Ты хотел, чтоб вам платили,

Как и белым, наравне, —

По тебе огонь открыли,

Как в сраженье на войне.

Под струей воды холодной

От Америки «свободной»

Получай струю в лицо.

Для Америки не ново

Слово грязное «расист».

Я проклятым этим словом

Замарал бумажный лист.

Чтоб никто из иностранцев

Страшной правды не узнал,

В нем веселые картинки:

Рядом с неграми — блондинки

И улыбки до ушей

У больших и малышей.

Там и пляшут и поют.

Только в штате Алабама

Тот журнал не продают!

И, страницы те листая,

Я уверен, ты поймешь:

Это — яркая, цветная,

К нам в Союз из-за границы

Как-то прибыл гость один —

Он сказал: «Я был в Париже,

Видел Осло, Лондон, Рим,

А теперь Москву увижу,

Ленинград, Кавказ и Крым».

Мы сказали иностранцу,

Что встречали мы датчан,

Были всякие туристы,

И когда-то, говорят,

Сам министр мистер Твистер

Приезжал к нам в Ленинград.

Час за часом дни летели.

Коротая отпуск свой,

Иностранец жил в отеле

И знакомился с Москвой.

Был он в школах, был в больницах,

И, короче говоря,

Он гулял по всей столице —

Не терял минуты зря.

А потом его видали

Под землей у горняков,

У рабочих на Урале

И у волжских рыбаков.

У колхозников Кубани

На Дону и на Днепре,

И в Баку, и в Ереване,

И в Артеке на «костре».

Был на многих он заводах

В самых разных городах,

Плавал он на пароходах,

Ездил в скорых поездах.

Всюду всем он восхищался,

Всем любезно улыбался

И сердечно руки жал.

И однажды на вокзале

Он сказал: «Я потрясен!

То, что вы мне показали, —

Это сказка. Это сон».

Вот домой из-за границы

Наконец вернулся сэр

И в журнале три страницы

Он писал про власть Советов,

Про Москву, про наш народ.

Он писал про то, про это,

Только все наоборот!

Кто же был он, этот важный,

Это просто был продажный

Как же нам не вспомнить снова

Эту желтую печать —

Для нее Свобода Слова:

Или врать или молчать!

Учили в детстве мы, друзья,

И буква к букве, к слогу слог

Читали: сча-стье, труд, у-рок.

Большая сила в буквах есть,

Когда мы можем их прочесть,

Все дело в том лишь, где и как

Поставлен в слове каждый знак.

Четыре буквы, например:

Три С и рядом с ними Р.

Великий смысл они таят,

Когда они подряд стоят!

Но если взять нам С и Ш

И после них поставить А,

То смысл получится иной —

Сегодня он грозит войной.

Но в США живет на-род,

И это надо бы учесть

Всем, позабывшим стыд и честь.

В столицу Венгрии от нас

Как знатный гость к друзьям

Приехал токарь как-то раз

К таким же токарям.

Посланца дружеской земли

Венгерский ждал народ.

Наутро гостя повели

Смотреть большой завод.

И в тот же самый день и час

На этот же завод

Пришел с экскурсией как раз

Совсем другой народ.

То был датчанин-финансист,

А с ним английский журналист —

Знаток венгерских вин.

Они вошли в тот самый миг,

Важны, как индюки,

Когда советский скоростник

Туристы слышали о нем

И знали из газет,

Что обогнал в труде своем

Он всех на много лет.

И к русскому проявлен был

Датчанин громко заявил:

— О-о-о! Это есть прогресс!

— Наш просит, мистер показал

По-русски кое-как сказал

То невозможно есть понять,

Что есть «догнать и перегнать»?

Сказал и посмотрел на всех,

И замер весь токарный цех —

Подумал токарь: «Честный друг

Не усмехнется так!»

И токарь посмотрел вокруг,

И расступился тесный круг,

И токарь снял пиджак.

Он отступать уже не мог,

Как воин, как боец,

И встал он за чужой станок

И взял чужой резец.

Он понимал, что здесь сейчас

Он принимает бой

За весь родной рабочий класс,

За честь страны родной.

И тот, кто рядом с ним стоял,

Тот это тоже понимал.

Он должен был в минутный срок,

Сам гость среди гостей,

Дать англичанину урок.

А вдруг не выдержит станок

Для пробы он резцом нажал,

Знакомясь со станком.

И врезался резец в металл,

Который тут же побежал

— Олл райт! — сквозь зубы процедил,

Пожав сухим плечом,

Турист, что пристально следил

За знатным москвичом.

— Нет, не олл райт, не вери гуд! —

Москвич в ответ сказал. —

Не посчитайте, сэр, за труд

И потерпите пять минут —

К станку я только встал!

И на гостей из дальних стран,

Стоящих в стороне,

Тут брызнул огненный фонтан

В тревожной тишине.

«Что ж, для начала подойдет, —

Но так токарит в первый год

Любой мой ученик!»

— Олл райт! Олл райт! — сказал турист

И сделал шаг назад.

— Что? — улыбнулся коммунист. —

Теперь ты лучше будешь знать:

«Что есть «догнать и перегнать»!»

И токарь на рычаг налег,

И выдержал напор

Венгерский молодой станок,

Не знавший до сих пор

Всем существом своих частей

Режима наших скоростей.

Турист еще на шаг назад,

Друзья — на шаг вперед:

Рабочей гвардии солдат

Им опыт свой, как старший брат,

При всех передает.

Он рядом чувствует друзей

Всем сердцем и душою всей

Стоящих за него.

Стальная стружка вниз, и вверх,

И вбок летит, звеня,

Как разноцветный фейерверк

В честь праздничного дня.

Вокруг кричат: «Москва! Москва!»

И токарь не сдает.

Он, засучивши рукава,

Свои рекорды бьет.

И вот он выключает ток,

Последний взяв рекорд,

И тем, что выдержал станок,

Народ венгерский горд.

В цеху триумф и праздник был

Такой, как никогда!

Ну, а туристов след простыл —

ХИЖИНА ДЯДИ ТОМА

На сцене шел аукцион.

Детей с отцами разлучали.

И звон оков, и плач, и стон

Со всех сторон в толпе звучали.

Плантатор лезет негру в рот —

Он пересчитывает зубы.

Так покупают только скот,

Его ощупывая грубо.

«Кто больше. Продан. Чей черед?

Эй, черный! Встать! Ты здесь не дома!»

Шатаясь, Том шагнул вперед.

Друзья! Купите дядю Тома!

«А ну, за этого раба

Кто больше долларов предложит?»

Том! В чьих руках твоя судьба?

Кто заплатить за выкуп сможет?

«Кто больше?» — «Больше денег нет!» —

«Кто больше?» — «Вот еще монету!» —

«Кто больше?» — «Вот еще браслет!

Еще возьмите брошку эту!»

«Кто купит негра? Кто богат?» —

Плантатор набивает цену,

И гневно зрители глядят

Из темноты на эту сцену.

«Кто больше. Раз. Кто больше. Два!»

И вдруг из зрительного зала,

Шепча какие-то слова,

На сцену девочка вбежала.

Все расступились перед ней.

Чуть не упал актер со стула,

Когда девчушка пять рублей

Ему, волнуясь, протянула.

Она молчала и ждала,

И это та была минута,

Когда в порыве против Зла

Добро сильнее, чем валюта!

И воцарилась тишина,

Согретая дыханьем зала.

И вся Советская страна

За этой девочкой стояла.

В одной стране жила.

Остался без хозяйки,

Такой же, как хозяйка,

Имела та старуха

А также, по закону,

Имела та старуха

Когда ж делить наследство

Заветный час настал, —

К позору своему,

Что все — увы! — досталось

Не могут адвокаты

За это отвечать:

Есть подпись и печать.

Старуха перед смертью

Зачем собаке деньги?

Ходить в универмаг?

Бывают разве деньги

У кошек и собак?

Но стал миллионером

И стал еще курносей

Его курносый нос.

Живет при нем слуга.

Он ездит с ним на гонки.

Квартира в самом центре —

На каждый день меню:

На завтрак — сыр голландский,

Сардельки — на обед,

На ужин — фрикадельки,

Сардинки и паштет.

Он ездит на курорты —

По средам парикмахер

«Под бокс» его стрижет.

Есть у Бульдога вилла,

И новый «кадиллак»,

И сшитый у портного

Собачий черный фрак.

Он ходит на приемы

И там коктейли пьет.

Он в клуб миллионеров

Записан как банкир.

У них он научился

Рычать при слове «мир».

С Бульдогом интервью,

Бульдог в них излагает

Собачью точку зренья

На космос, на прогресс.

Бульдог имеет вес.

Он в мире денег стал.

Чего не может только

Мне снился сон, что я плыву —

Плыву во сне, как наяву:

В далекий край, к чужой земле,

На океанском корабле.

Везут, везут меня туда,

Чтоб там оставить навсегда!

Чужой на палубе народ —

Гуляет, курит, ест и пьет,

На мачте иностранный флаг,

Читайте также:  Максим глубина индийского океана

И слышу я чужой язык,

И все вокруг меня не так,

Не покупал билета я

На этот пароход!

За что в какие-то края

Он мальчика везет!

Я в этот трюм попал,

А только знаю: быть беде!

И я теперь пропал —

Без папы с мамой,

Без Родины моей!

Смеется кто-то надо мной:

И если только я смогу

В чужом порту сбежать, —

Меня не удержать.

И вдруг над самой головой

Такой знакомый звон:

Звонит будильник, сам не свой! —

Меня спасает он.

Как хорошо, что наяву

Я не в Америке живу!

ИЗ ЮЛИАНА ТУВИМА

ПИСЬМО КО ВСЕМ ДЕТЯМ

ПО ОДНОМУ ОЧЕНЬ ВАЖНОМУ ДЕЛУ

Дорогие мои дети!

Я пишу вам письмецо:

Я прошу вас, мойте чаще

Ваши руки и лицо.

Все равно какой водою:

Из реки, иль из колодца,

Или просто дождевой!

Нужно мыться непременно

Утром, вечером и днем —

Перед каждою едою,

После сна и перед сном!

Тритесь губкой и мочалкой!

Потерпите — не беда!

И чернила и варенье

Смоют мыло и вода.

Дорогие мои дети!

Очень, очень вас прошу:

Мойтесь чище, мойтесь чаще —

Я грязнуль не выношу.

Не подам руки грязнулям,

Не поеду в гости к ним!

Сам я моюсь очень часто.

Что случилось? Что случилось?

С печки азбука свалилась!

Больно вывихнула ножку

Прописная буква М,

Г ударилась немножко,

Ж рассыпалась совсем!

Потеряла буква Ю

Очутившись на полу,

Поломала хвостик У.

Ф, бедняжку, так раздуло —

Не прочесть ее никак!

Превратило в мягкий знак!

Буква С совсем сомкнулась —

Превратилась в букву О.

Буква А, когда очнулась,

Не узнала никого!

Грустный, сонный, невеселый

Ежи наш пришел из школы,

Сел к столу, разок зевнул

И над книжками заснул.

Тут явились три словечка:

«Апельсин», «Сосна», «Колечко».

Подошли они все трое

И сказали: «Что такое?

Что ты, Ежи, сделал с нами?

Мы пожалуемся маме!»

«Я, — воскликнул «Апельсин», —

Никакой не «Опельсын»!» —

«Я, — расплакалось «Колечко», —

Никакая не «Калечка»!»

«Я, — разгневалась «Сосна», —

Я до слез возмущена!

Можно только лишь со сна

Написать, что я «Сасна»!»

«Мы, слова, оскорблены

Тем, что так искажены!

Ежи! Ежи! Брось лениться!

Так учиться не годится!

Невозможно без внимания

Будет поздно! Так и знай!

Станет неучем лентяй!

Если ты еще хоть раз

Искалечишь, мальчик, нас —

Мы с тобой поступим круто.

Нашей честью дорожа,

Имя Ежи в полминуты

Переделаем в Ежа!

Будешь ты ежом колючим!

Вот как мы тебя проучим!»

Ежи вздрогнул, ужаснулся,

Потянулся и проснулся.

Взялся за работу.

Утка курице сказала:

«Вы яиц несете мало.

Все индюшки говорят,

Что на праздник вас съедят!»

Гусь сказал, что вы не утка,

Что у вас катар желудка,

Что ваш селезень дурак —

Только знает: кряк да кряк!»

«Кряк! — послышалось в канаве. —

Гусь бранить меня не вправе,

И за это начинен

Будет яблоками он.

Я до гуся доберусь!» —

«Ого-го!» — ответил гусь.

«Ах, скандал, скандал, скандал», —

Сам индюк забормотал.

Растолкал гусят вокруг

И гусыню клюнул вдруг.

Прибежал на крик петух,

Полетел из утки пух.

И послышалось в кустах:

Эту драку до сих пор

Вспоминает птичий двор.

Как лента блестящая,

А в речке вода леденящая,

У берегов ворчливая,

А посередке ленивая.

А чего ей ворчать, речной-то воде?

Об этом не скажет никто и нигде.

Пожалуй, камни да рыбы

Об этом сказать могли бы,

Хозяйка однажды с базара пришла,

Хозяйка с базара домой принесла:

Петрушку и свеклу.

Вот овощи спор завели на столе —

Кто лучше, вкусней и нужней на земле:

Петрушка иль свекла?

Хозяйка тем временем ножик взяла

И ножиком этим крошить начала:

Петрушку и свеклу.

Накрытые крышкою, в душном горшке

Кипели, кипели в крутом кипятке:

Петрушка и свекла.

И суп овощной оказался не плох!

Жил на свете Янек,

Если знать хотите —

Вот что делал он.

Ситом черпал воду,

Птиц учил летать,

Кузнеца просил он

Брался за топор,

В лес дрова носил он,

А в квартиру — сор.

Он зимою строил

«То-то будет дача

В летний знойный полдень

Он на солнце дул.

Выносил он стул.

Как-то он полтинник

Проще объяснить вам:

Сегодня в пять часов

Работать будет станция для рощ и для лесов!

Сегодня в нашу студию

Слетятся птицы разные на радиособрание!

Во-первых, по вопросу:

Когда, в каком часу

Удобнее и выгодней использовать росу?

Второй вопрос назрел давно:

Что «эхом» называется?

И если есть в лесу оно,

То где оно скрывается?

По третьему вопросу

Назначенный заведовать ремонтом птичьих

Потом начнутся прения:

И свист, и скрип, и пение,

Урчанье, и пиликанье,

И щебет, и чириканье.

Скворцов, щеглов, синиц

И всех без исключения

Других известных птиц.

Сегодня в пять часов

Работать будет станция для рощ и для лесов!

Наш приемник в пять часов

Принял сотню голосов:

Спать-пать-пать! Лю-лю! Цик-цик!

Тень-тень-тень! Чу-ик! Чу-ик!

Ка-арр! Ка-арр! Пи-ить! Пить. «

Мы не знали, как нам быть!

Очевидно, в этот час

Передача не для нас!

— Что стряслось у тети Вали?

— У нее очки пропали!

Ищет бедная старушка

За подушкой, под подушкой,

С головою залезала

Под матрац, под одеяло,

Заглянула в ведра, в крынки,

В боты, в валенки, ботинки,

Все вверх дном перевернула,

И пошла искать сначала.

Снова шарит под подушкой,

Снова ищет за кадушкой.

Засветила в кухне свечку,

Со свечой полезла в печку,

Все напрасно! Все впустую!

Нет очков у тети Вали —

Очевидно, их украли!

На сундук старушка села.

Рядом зеркало висело.

И старушка увидала,

Что не там очки искала,

Что они на самом деле

У нее на лбу сидели.

Так чудесное стекло

Тете Вале помогло.

— Анна-Ванна, наш отряд

Хочет видеть поросят!

Мы их не обидим:

Поглядим и выйдем!

— Уходите со двора,

Лучше не просите!

Поросят купать пора,

— Анна-Ванна, наш отряд

Хочет видеть поросят

И потрогать спинки —

Много ли щетинки?

— Уходите со двора,

Лучше не просите!

Поросят кормить пора,

— Анна-Ванна, наш отряд

Хочет видеть поросят!

— Уходите со двора,

Лучше не просите!

Поросятам спать пора,

— Анна-Ванна, наш отряд

Хочет видеть поросят!

— Уходите со двора,

Потерпите до утра.

Мы уже фонарь зажгли —

Поросята спать легли.

Под землею расти

И скучную жизнь

Под землею вести?

Их в темную нору

Их днем погулять.

Им только бы зверя

В глубокой норе,

На елках стучат.

В зубах барсучиха

И утренним воздухом

Заснут на припеке —

Проснутся в тени.

На солнце, ворчат.

В горячие полдни

Он весел и счастлив

От пят до макушки —

Убежать от лягушки.

Схватить за бока

И съесть под кустом

Бежит он теперь

И знакомых встречает,

А маленьких гусениц

Бежит он сквозь чашу,

И чаща встречает

Как сосны в лесу,

Поймать на обед!

От маленьких гусениц

Он маленьких гусениц

Лапкой не тронет,

Он честь и солидность

Огорчений и бед

Всех больше добыча

Он встречает такую

И к ней подбегает,

От счастья ликуя.

Но страшно к такой

Ей преграждая дорогу,

Зовет на подмогу.

Борьба за добычу

ИЗ АСЕНА БОСЕВА

Что вы знаете, ребятки,

Про мои стихи-загадки?

Где отгадка, там конец.

Кто подскажет — молодец!

Важно по двору ходил

С острым клювом крокодил,

Головой весь день мотал,

Что-то громко бормотал.

Только это, верно, был

Никакой не крокодил,

А индюшек лучший друг.

Да! Индюк! Признаться, братцы.

Трудно было догадаться!

С индюком случилось чудо —

Стал он лаять и рычать,

По земле хвостом стучать.

Я запутался, однако,

Он верблюд или. кто.

Верно, верно! Угадали,

Будто где ее видали!

А теперь давайте с вами

В лес поедем за грибами.

Тут — лисички, там — опята,

Ну, а это, на полянке,

Что? Поганки? Неужели?

Но поганки захотели

Стать полезными грибами

И пришли на кухню сами

И сказали: — Как хотите,

Хоть зажарьте, хоть сварите, —

То, что я сказал вам, — тайна!

Догадались вы случайно,

Это был большой секрет.

Но от вас секретов нет!

Не зовут собаку Шавкой,

И не спит она под лавкой,

А глядит она в окошко

Уселись пять весельчаков

На берегу Марицы.

И каждый тотчас был готов

Один сказал: — Смотрите, там,

Направо, по теченью,

Плывет большой гиппопотам

И лопает печенье!

Другой сказал: — Он утонул!

Да, да! На самом деле!

В Марице множество акул —

Они, беднягу, съели!

Тут крикнул третий: — Братцы! Стоп!

Источник

Adblock
detector