Меню

Страны нато черное море

Буферная зона сдерживания России: НАТО активизируется на Чёрном море

Стратегический регион

Нарастанию напряжённости на Чёрном море с начала февраля способствовало заявление генсека НАТО Йенса Столтенберга:

Заявление прозвучало в Киеве в ходе встречи с украинским премьер-министром Денисом Шмыгалем. В комплементарной части доклада Столтенберг упомянул, что всё это связано с «аннексией Крыма» и усилением российского черноморского флота. Подобной риторике украинский политический истеблишмент готов был аплодировать стоя.

В подтверждение слов Генерального секретаря военное руководство НАТО 9 февраля организовало небольшие манёвры в черноморской акватории. По сценарию искали подводную лодку (очевидно, российскую) силами двух эсминцев USS Porter и USS Donald Cook, морского патрульного самолёта Boeing P-8 Poseidon и двух истребителей F-16. Помощь американской группе оказывали турецкие фрегаты «Арудж-реис» и «Тургут-реис». Ранее эсминцы США проводили подобные учения с украинским ВМФ. Киеву очень импонирует такая заинтересованность НАТО в расширении военного присутствия на Чёрном море. В текущем году запланировано восемь учений с привлечением сразу одиннадцати тысяч иностранных военных. Дело доходит до того, что киевские политики готовы предоставить натовцам воздушное пространство для проведения военных операций в небе. Самое интересное, что украинский министр инфраструктуры Владислав Криклий предлагает «разрешить» иностранной военной авиации действовать над Крымским полуостровом. Фантомные боли, очевидно, до сих пор не отпускают слишком рьяных политических активистов. Пока Украина открывает воздушное пространство для натовской техники эпизодично, но тенденция может быть угрожающей для России. В сентябре 2020 года Киев впервые допустил стратегические бомбардировщики В-52H Stratofortress на свою территорию. Три самолета, потенциально снаряжённые ядерным оружием, несколько часов кружили над приграничными с Россией областями. Годом ранее два B-52H в ходе очередных учений взлетели с аэродрома в Великобритании, пролетели над Европой и со стороны Чёрного моря нанесли условный ядерный удар по Крыму. Разведывательная беспилотная и пилотируемая авиация стран НАТО за последние месяцы на 40-60 % увеличила свою активность вблизи черноморских границ России.

При этом нет никаких оснований утверждать, что российское военное присутствие каким-то образом способно провоцировать натовское командование. Если говорить о Крыме, то там действительно много современной военной техники, но она предназначена исключительно для обороны. Комплексы С-300 и С-400 из состава 31-й дивизии ПВО, «Балы» и «Бастионы» 22-го армейского корпуса вкупе с авиационной группировкой истребителей, бомбардировщиков и штурмовиков – это практически всё, чем Россия может реально ответить на агрессию в Крыму. Сам Черноморский флот, представленный преимущественно из ракетных катеров, дизель-электрических «Варшавянок», трёх фрегатов и одного ракетного крейсера, совсем не походит на грозную силу вторжения. Основная задача соединения – прикрывать территориальные воды от непрошеных гостей. Для сравнения, потенциал военно-морских сил Турции многократно превышает возможности Черноморского флота. А если добавить силы Румынии, Болгарии и, в конце концов, Грузии с Украиной, то окажется, что у России в гипотетической войне с применением конвенциального оружия нет никаких шансов. И это без учёта возможностей Шестого флота США, в чью юрисдикцию входит Чёрное море. Так о каком же сдерживании Москвы в черноморском регионе говорил Столтенберг? С какой целью создаётся «оборонительный буфер» у берегов России боссами Североатлантического альянса?

Просто очередная агрессия

Чёрное море – это настоящая жемчужина в планах любого политического и военного стратега. По морю проходят торгово-транспортные пути с Востока на Запад и с Юга на Север Европы, и контроль над ними входит в приоритеты НАТО. Для понимания того, что происходит сейчас с черноморским регионом, стоит вспомнить события многолетней давности. В июне 2008 года на саммите НАТО в Бухаресте Чёрное море чуть было не превратили во внутренний водоём Североатлантического союза. Не без усилий со стороны России Молдова, Украина, Армения и Азербайджан отказались от планов вступления в НАТО. Ну а Грузию в военный союз просто не приняли. Тогда американским планам по расширению альянса на восток немало противоречила позиция европейских держав, не заинтересованных в провоцировании Москвы. К слову, Вашингтон наращивал своё военное влияние и в начале 2000-х годов, когда российское военное присутствие было минимальным. Тогда торжественно приняли в НАТО Румынию и Болгарию, получив в своё распоряжение западное побережье Чёрного моря. С 2014 года Россия частично вернула себе позиции в регионе, катастрофически утраченные в 90-е годы. Но это произошло уже после полномасштабного расползания НАТО по окружающим Чёрное море странам. Реакция американо-европейской военщины последовала с некоторым опозданием – в 2016 и 2018 годах на саммитах НАТО Черноморское пространство стало стратегическим приоритетом. Украина и Грузия были названы главными партнёрами в этой истории, но на деле Киев и Тбилиси оказались в вассальной зависимости от политических прихотей Брюсселя и Вашингтона. НАТО в течение пары лет сформировало адаптированное военное присутствие в передовом районе в Черноморском регионе, включающее в себя развёртывание многонациональной рамочной бригады Румынии, приведение в полную готовность регионального центра альянса «Юг» в Неаполе и принятие ряда мер по усилению и расширению активности сил альянса в военно-воздушной и военно-морской сферах. Румыны любезно согласились на возведение у себя дома базы американской системы ПРО. В Николаевской области Украины в Очакове с 2017 года возводится «Морской оперативный центр». Как сообщают СМИ,

Проще говоря, у границ России создана очередная база НАТО. Грузия также не может остаться в стороне от военных приготовлений США. 2,5 млрд $ США обещают вложить в порт Анаклия.

Согласно генеральному проекту реконструкции,

Потенциально новая Анаклия будет способна принимать американские ударные авианосцы. Даже если с авианосцем номер не пройдёт, Грузия уже спешно готовит на американские деньги крупный аэродром для стратегической авиации НАТО.

Очевидно, что после недолгого периода самоуспокоения США и НАТО осознали немалый потенциал России во многих ключевых сферах. Этому послужило и возвращение Крыма, и успешная операция в Сирии. Под созданием мифических буферных зон на Чёрном море или в Арктическом регионе натовцы маскируют агрессию и фактическое вмешательство в сферу интересов России. Если раньше угрозы, доносящиеся из Брюсселя и Вашингтона можно было рассматривать как гипотетические, то сейчас они всё больше походят на реальные. Вопрос только в том, как Россия будет защищать свои национальные интересы в регионе?

Источник

Страны нато черное море

При оценке соотношения вооруженных сил или баланса сил необходимо учитывать количественные и качественные факторы. Что касается количественных факторов, в настоящей статье преимущественно используются сведения из баз данных Стокгольмского института исследований проблем мира (SIPRI) и Международного института стратегических исследований (IISS). Исследование только количественного аспекта военного потенциала стран Черноморского региона не позволяет всецело оценить силу каждой из них. Важнейшим параметром в этом случае – способность каждой из заинтересованных сторон эффективно использовать окружающую обстановку и свои военные активы. Качественные факторы можно оценить, анализируя готовность боевых единиц, боевой дух военнослужащих, профессионализм и лояльность военнослужащих, подготовку войск и технику, имеющуюся в их распоряжении, техническое обслуживание, эксплуатационную пригодность боевых единиц и т. д. Качественный фактор связан с миссией, которую каждая страна избирает для своих военных сил, и той степенью, в которой данная миссия может быть эффективно выполнена.

В настоящей статье термин «Черноморский регион» используется в значении, присвоенном ему Европейской комиссией, и означает морские государства pontus euxinus, а именно — Россию, Грузию, Турцию, Болгарию, Румынию и Украину, а также Грецию, Азербайджан и Армению.

В 2000-х гг. милитаризация Черноморского региона начала расти. При том что заинтересованные стороны выделяли на нужды обороны в среднем 2,5 % ВВП в год, с 2000 по 2015 гг. странами Черного моря на военные расходы в регионе выделялось в среднем 35,7 млрд долл. США в год.

С 2000 по 2015 гг. военные расходы в Черноморском регионе в среднем составляли 2,5–2,4 % ВВП, а в 2007 г. был достигнут максимум в 3,1 %. В то время как в первой половине 2000-х военные расходы снижались, а в 2004 г. был достигнут минимум (2,3 % ВВП), вторая половина десятилетия характеризуется ростом расходов, начиная с 2005 г. и до 2008 г. После 2008 г., несмотря на российско-грузинский конфликт, экономический кризис положил конец росту милитаризации региона, и военные расходы на Черном море с 2008 по 2009 гг. резко (на 10 %) сократились в денежном выражении — с около 40 млрд долл. США до 36 млрд долл. США. В процентах от ВВП расходы стабилизировались в районе 3 %, что довольно высокий показатель. Наиболее заметные изменения наблюдались с 2008 по 2010 гг. В 2010 г. страны Черного моря потратили вооруженные силы 2,6 % ВВП, что в денежном выражении равняется примерно 34 млрд долл. США и представляет собой наиболее низкий показатель за период с 2005 г. Однако начиная с 2010 г. негативные последствия экономического кризиса стали отступать, и в Черноморском регионе вновь наблюдался существенный и постоянный рост военных расходов, в денежном выражении увеличившихся на 10 % — с 34 млрд долл. США в 2010 г. до 38 млрд долл. США в 2013 г.

Читайте также:  Что больше аравийское море или каспийское

Украинский кризис привлек внимание к значению стратегической составляющей «общего соседства» (Молдова, Украина, Армения и Грузия) для ЕС и НАТО с одной стороны и Российской Федерации с другой. Анализ военных расходов стран Черноморского региона, входящих в НАТО (Турция, Греция, Болгария и Румыния), и стран «общего соседства» (Молдова, Украина, Армения и Грузия) позволяет выявить две фундаментально противоположные реальности.

В 2000 г. страны Черноморского региона, входящие в НАТО, тратили на оборону чуть больше 3 % ВВП, в 2014 г. их военные расходы резко упали до менее чем 2 %, т. е. за период с 2000 г. по 2014 г. они снизились более чем на 33 %. Снижение наблюдалось в течение всего периода, что нашло свое отражение и в суммах оборонных бюджетов: в 2000 г. было потрачено примерно 34 млрд долл. США, в то время как в 2014 г. — всего 27 млрд долл. США. Несмотря на российско-грузинский конфликт, в период с 2008 г. по 2011 г. оборонные расходы стран Черного моря, входящих в НАТО, постоянно сокращались (даже до наступления экономического кризиса) и достигли минимума в 2011 г., когда на оборону было выделено 1,8 % ВВП (26 млрд долл. США). Тем не менее с 2011 г. военные расходы немного возросли в денежном выражении и стабилизировались на уровне 1,9 % ВВП, не достигнув отметки в 2 %, рекомендованной альянсом для каждого из своих членов. С учетом указанных тенденций, с 2000 г. страны Черного моря, входящие в НАТО, стали скорее потребителями безопасности, нежели ее поставщиками.

В странах «общего соседства» наблюдались совершенно другие тенденции, несмотря на то, что выделенные ими суммы в долларовом выражении до 10 раз ниже, чем суммы, затраченные странами Черноморского региона, входящими в НАТО. Начиная с 2000 г. в указанных странах наблюдался стабильный рост расходов на оборону, с 2 % ВВП в начале десятилетия до 2,5 % в 2014 г. В денежном выражении военные расходы в течение того же периода увеличились более чем в два раза: оборонный бюджет стран «общего соседства» вырос с 2,6 млрд долл. США в 2000 г. до примерно 6,3 млрд долл. США в 2014 г., достигнув максимума за период с 2000 г. по 2014 г. Начиная с 2001 г. расходы на оборону постоянно росли вплоть до 2007 г., затем в период с 2008 г. по 2011 г. снизились, следуя той же тенденции, что и расходы стран Черноморского региона, входящих в НАТО. С 2011 г. оборонные расходы стран «общего соседства» начали расти в денежном выражении, в то время как в процентах от ВВП остались примерно на том же уровне — около 2,4—2,5 %. В отличие от стран Черноморского региона, входящих в НАТО, страны «общего соседства» за последние 14 лет существенно увеличили свои военные расходы. Тем не менее указанные тенденции не дают нам точного представления о соотношении расходов на оборону.

Турция имеет наиболее многочисленные сухопутные войска в Черноморском регионе, размер которых составляет 45 % от общей численности регулярных войск региона. Однако армия Анкары не сконцентрирована в северной части страны, а скорее наоборот, больше перемещается в юго-восточную и восточную ее части в связи продолжающейся нестабильностью, вызванной сирийским кризисом, и проведением операций против РПК. Полувоенные формирования занимают по величине второе место после сухопутных войск: основное подразделение – жандармерия (подчиняется Министерству внутренних дел) с численностью личного состава 100 тыс. человек. Более того, свыше 75 % турецкой армии состоит из солдат срочной службы (325 тыс. из 402 тыс.). ВМС также преимущественно состоят из солдат срочной службы (34,5 тыс. из 48,6 тыс.), и только в ВВС служат исключительно контрактники. На турецкую армию большое влияние оказали регулярные чистки среди офицеров высокого ранга, проводимые с 1990-х годов по инициативе турецкого правительства. Наиболее массовая из них имела место в 2012 г. и привела к увольнению и взятию под стражу 40 генералов. Считается, что наиболее сильное влияние эти чистки оказали на турецкие ВМС.

Второй по величине армией среди стран Черноморского региона обладает Украина, однако в случае открытого конфликта с Россией в восточных областях украинская армия должна будет дислоцироваться вблизи белорусской и российской границы, с одной стороны, и вблизи границы с Приднестровьем в целях противостояния 14-й российской армии, дислоцированной на территории Приднестровья. В то время как в 2014 г. украинская армия по большей части состояла из полувоенных формирований, преимущественно относящихся к министерству внутренних дел (39,9 тыс.) и пограничной службе (45 тыс.), данные за 2015 г. неизвестны. В 2014 г. Киевом была сформирована новая Национальная гвардия численностью 33 тыс. человек. Тем не менее в украинской армии имеются проблемы, вызванные неспособностью Киева эффективно проводить структурные реформы. В первую очередь, провалились планы по прекращению призыва. Приостановив призыв на несколько месяцев в 2014 году, в мае 2014 г. власти возобновили его, и сегодня армия Киева чуть более чем на 50 % состоит из солдат срочной службы. До отстранения от власти правительство Януковича планировало реформировать армию и прекратить призыв в войска в 2015 году (план реформ в секторе обороны до 2017 г.). Несмотря на принятие мер по рационализации бюджета и в целом стабильный уровень военных расходов (в среднем 2,8 % ВВП), украинская армия почти не получала новой техники и продолжала пользоваться устаревающей техникой советских времен. Более того, запланированные Киевом реформы по сокращению и модернизации армии пострадали от недостатка бюджетных средств. Согласно данным аналитического отчета за 2012 г., после двух десятилетий недостаточного финансирования подготовка и боеготовность украинской армии вызывают сомнения. Численность войск гражданской обороны и добровольческих батальонов остается неизвестной, однако, по оценкам, количество батальонов равно 40, и в их состав входят иностранные бойцы (преимущественно поляки, хорваты и прибалты, так называемые «добровольцы»).

Румыния и Греция обладают примерно такими же по численности вооруженными силами. На каждую из этих стран приходится по 11 % численности регулярных войск в Черноморском регионе. Однако наиболее многочисленный личный состав подчиняется Министерству внутренних дел Румынии (79,9 тыс., из них 57 тыс. в жандармерии и 22,9 тыс. в погранвойсках). По стандартам НАТО, боеготовность румынской армии оценивается на уровне 70—90 %. В Греции вследствие продолжающегося кризиса зарплаты в военном секторе были урезаны, был существенно сокращен объем военных сборов и учений.

На четвертом месте среди наиболее влиятельных военных игроков Черноморского региона благодаря численности своих военных сил находится Россия. Южный военный округ России был создан в 2010 г. на базе Северо-Кавказского военного округа, Черноморского флота, Каспийской флотилии и четвертого командования ВВС и ПВО. Управление округа дислоцируется в Ростове-на-Дону. К нему также относятся военные базы, расположенные в Армении, Южной Осетии и Абхазии, а с марта 2014 г. — в Крыму и Севастополе. После кризиса в Украине количество российских военных сил, дислоцированных в Южном военном округе, изменилось, и точная численность неизвестна. Считается, что войска Южного военного округа обладают лучшей подготовкой и техникой, чем в других военных округах России (Западном, Центральном и Восточном). Более того, российские войска, дислоцированные в Приднестровье, численностью 1,5 тыс. человек, составляют 25 % от размера армии Молдовы (около 6,5 тыс. человек). Планы по отмене призыва реализовать не удалось, и сегодня российская армия примерно на треть состоит из солдат срочной службы. На Кавказе наиболее многочисленными армиями обладают Азербайджан, Армения и Грузия. Полувоенные силы Баку состоят из погранвойск и береговой охраны (5 тыс. человек), а также органов полиции, входящих в состав Министерства внутренних дел (10 тыс. человек). Примерно половина армянской армии состоит из солдат срочной службы, в то время как в Грузии — 21 % (3750 из 17 750), а в ВВС — 23 %.

По доступным резервам Россия – явный лидер (2 млн человек), за ней следуют Украина (1 млн человек) и Турция (менее 400 тыс. человек). Так как большая часть населения России проживает в западной части страны, мобилизованные солдаты могут быть легко переброшены в Южный военный округ.

Читайте также:  Пираты карибского моря жемчужина под водой

Турецкие воздушные силы представляют собой треть военно-воздушного потенциала стран Черноморского региона, и состоят из восточного и западного тактических подразделений. Минимальный годовой налет для турецких пилотов равен 180 часам – стандарт для членов НАТО. В их распоряжении находятся преимущественно американские истребители F-5 и штурмовики (F-4 и F-16). В марте 2011 г. Турция разместила крупный заказ на унифицированные ударные истребители Lockheed Martin F-35, по некоторым данным общей стоимостью 16 млрд долл. США за 100 единиц, которые будут приобретены к 2030 г. Компания Turkish Aerospace Industries в сотрудничестве со шведской компанией Saab разработала проект истребителя TF-X, однако маловероятно, что первый TF-X совершит свой первый полет в 2023 г., как заявил один турецкий чиновник . На вооружении у Греции находятся американские (F-4 и F-16) и французские (Mirage 2000) истребители. Воздушные силы Греции превосходили турецкие по численности до 1990-х гг., когда Анкара расширила программу совместной боевой подготовки с США и Израилем. Вследствие этого сегодня в количественном отношении между силами Греции и Турции наблюдается примерное равновесие. Анкара приняла решение о наращивании своих средств противовоздушной обороны, и в сентябре 2013 г. Турция выбрала компанию China Precision Machinery Import-Export Corp (CPMIEC) и подписала контракт на покупку ЗРК HQ-9 средней и большой дальности на общую сумму 2,5 млрд евро, вызвав в США и Европе серьезные опасения по поводу ее интеграции с системой ПВО НАТО и безопасности. В то же время китайская компания не полностью выполнила требования Анкары, и Турция продолжает поиск более эффективных предложений ракетных комплексов большой дальности.

Воздушные силы Южного военного округа России составляют примерно 20 % от военно-воздушного потенциала стран Черноморского региона и по численности превышают все воздушные силы Греции. Они входят в состав 4-го командования ВВС и ПВО Южного военного округа и дислоцируются на 9 авиабазах, находящихся в России, на 3624-й авиабазе, расположенной на аэродроме Эребуни в Ереване, куда было направлено 16 МиГ-29, и на авиабазах Крыма (Гвардейское, вблизи Севастополя). По имеющимся данным, в 2013 г. налет российских пилотов составил от 100 до 120 часов. На вооружении в Южном военном округе находится 121 истребитель (63 МиГ-29 и 58 Су-27), более 80 бомбардировщиков (Су-24М, Су-27СМ3, Су-30М2 и Су-34) и 129 штурмовиков (Су-25). Согласно российской Государственной программе вооружения на 2011—2020 гг. и недавно обнародованным планам по закупке вооружений Южный военный округ получит новые воздушные суда, включая бомбардировщики Су-34 (на замену не модернизированным Су-24), модернизированные Су-24, универсальные Су-30СМ, а также дополнительные истребители Су-34 и Су-35. Более того, аннексировав Крым, Москва получила возможность дислоцировать на полуострове любые боевые единицы и системы вооружений. Представитель российского Министерства обороны заявил, что в рамках планов по наращиванию российского военного присутствия на крымскую авиабазу Бельбек будут перемещены 20 истребителей Су-27, а в 2016 г. — дальние сверхзвуковые бомбардировщики Ту-22М3. Эти бомбардировщики, способные нести ядерное оружие, буду размещены на авиабазе Гвардейское, совместно с Ту-142 и Ил-38Н, а также вертолетами Ка-27 и Ка-30, оборудованными для морского патрулирования и противолодочной обороны. Таким образом, Гвардейское может стать «сердцем» российской морской авиации, а в радиус патрулирования может попасть даже Восточное Средиземноморье. В январе 2014 г. Россия сформировала вертолетную эскадрилью для укрепления своего воздушного контингента на авиабазе Эребуни в Армении. Новые вертолеты-штурмовики Ми-24П, военно-транспортные вертолеты Ми-8МТ и МИ-8СМВ будут постепенно перебрасываться на 3624-ю российскую авиабазу а Армении. Помимо новых вертолетов, будут и далее использоваться имеющиеся штурмовые вертолеты МИ-24 (24 единицы) и Ми-28Н (12 единиц). Более того, согласно плану закупок вооружения вертолетный парк Южного военного округа будет усилен новыми штурмовыми вертолетами Ка-52 и Ми-28Н, транспортно-штурмовыми вертолетами Ми-8АМТШ, ударными вертолетами Ми-35 и многоцелевыми вертолетами Ка-226.

Украинские воздушные силы располагают преимущественно воздушными судами советских времен, и ввиду ограниченного финансирования минимальный годовой налет пилотов равен 40 часам, что очень мало по сравнению с Турцией (180 часов) и более чем в два раза меньше средних показателей российских воздушных сил. На вооружении Украины находится 116 истребителей (МиГ-29 и Су-27), 34 истребителя-бомбардировщика Су-24 и 29 штурмовиков Су-25. Тем не менее эксплуатационные качества и боевую готовность указанных судов можно поставить под сомнение, а общая численность боевых судов, вероятно, намного меньше. По имеющимся данным, Украина потеряла около 20 единиц воздушной техники над Донбассом в ходе конфликта с сепаратистами.

Румыния все еще использует советские истребители МиГ-21 (36 единиц), а годовой налет часов румынских пилотов равен 120, что меньше рекомендованного НАТО количества (180 часов). Кроме того, начиная с 2016 г. в рамках мер, принимаемых Вашингтоном вследствие украинского кризиса, в Румынию из Португалии будут переброшены 12 модернизированных истребителей F-16.

Азербайджан располагает 48 воздушными судами, что примерно равно воздушному флоту Болгарии. Обе страны имеют на вооружении советские истребители (преимущественно МиГ-21 и МиГ-29). Тем не менее их эксплуатационные качества и боеготовность неясны: налет болгарских пилотов в среднем составляет 30—40 часов в год, а летательный ресурс болгарских судов за 2014 г. сократился ввиду того, что им приходилось по многу раз подниматься в воздух для перехвата российских истребителей над Черным морем. С другой стороны, Баку располагает крупнейшим парком вертолетов в Закавказье. В 2010 г. Россия продала Азербайджану 20 боевых вертолетов Ми-24ВМ и 53 транспортных вертолета Ми-8МТ и Ми-17 (SIPRI Arms Transfers Database). Армения и Грузия обладают примерно равным воздушным потенциалом (18 и 21 реактивный самолет соответственно), и обе страны располагают советскими Су-25 с низкими эксплуатационными качествами и низкой боеготовностью.

Россия и Турция – лидеры среди стран Черноморского региона по численности военно-морских сил, однако их морской потенциал отличается. И Москва, и Анкара имеют планы по увеличению своего военно-морского флота в течение следующего десятилетия, что подчеркивает растущую роль ВМС в регионе Черного моря. Военно-морские силы Турции находятся в лучшем состоянии. Черноморский флот России остро нуждается в модернизации и замене морских платформ советских времен. В 2012 г. в распоряжении Черноморского флота находилось 12 кораблей первого ранга и 1 подводная лодка общим тоннажем около 63 тыс. тонн, 90 % из которых были дислоцированы в Крыму. Турция в 2012 г. имела 35 кораблей первого ранга и подводных лодок общим тоннажем около 97 тыс. тонн. Однако сирийский кризис продемонстрировал способность российского Черноморского флота действовать в Средиземном море на полупостоянной основе и оказывать поддержку российским ВМС, а также поставлять военную технику сирийскому режиму. За последние три года российским экипажам удалось нарастить опыт действий на море, что способствовало повышению их боевого духа. Греция, третий по величине морской игрок на Черном море, столкнулась с финансовыми трудностями и была вынуждена сократить военные расходы, планы по модернизации и закупку вооружения для устранения бюджетного дефицита.

ВМС Анкары наиболее эффективные в регионе и функционируют не только в Черном, но и в Средиземном море, и не стоит забывать о том, что кадровые чистки в рядах высокопоставленных военных чиновников, проводимые в течение последнего десятилетия, оказали сильное влияние на ВМС Турции. Турецкие ВМС включают 14 классических подводных лодок, поставленных Германией (6 единиц проекта 209-1200 и 8 единиц проекта 209-1400), при этом часть из них дислоцируется на военно-морской базе Бартын на турецком побережье Черного моря, которая относится к командованию Северной военно-морской зоны Турции. В июле 2009 г. Анкара разместила в немецкой компании Howaldtswerke-Deutsche Werft GmbH (HDW) и британской компании Marine Force International LLP (MFI) заказы на строительство еще 6 подводных лодок проекта 214, срок ввода в эксплуатацию которых планировался на период с 2018 г. по 2023 г. Сделка оценивается в 2,5 млрд евро, а подводные лодки будут строиться на турецкой военно-морской верфи в Гёльджюке, где уже было изготовлено 11 из 14 турецких подводных лодок проекта 209. Что касается надводных боевых кораблей, в составе турецких ВМС находятся американские и немецкие платформы: 8 немецких фрегатов типа МЕКО 200, включая 4 модернизированные единицы, и 8 американских фрегатов типа «Оливер Хазард Перри». Анкара приняла решение о наращивании объема средств противолодочной обороны (СПО), и в 2004 г. начала строительство 12 боевых корветов береговой охраны MILGEM (от Milli Gemi — «национальный корабль»), предназначенных для прибрежного патрулирования и противолодочной обороны. Первый из них, корвет «Хейбелиада», был построен на турецкой военно-морской верфи в Стамбуле и вошел в боевой состав в 2011 г., в то время как второй был введен в эксплуатацию в 2013 г. Первые четыре корабля будет построены на турецкой военно-морской верфи, при этом стоимость единицы не должна превысить 220 млн евро. Таким образом, первая партия из 6 корветов MILGEM обойдется Турции примерно в 1,4 млрд евро. Что касается десантной техники, турецкие ВМС располагают 5 танкодесантными судами проекта LST (Landing Ship Tank), 49 малыми танкодесантными судами проекта LCT (Landing Craft Tank) и LCM (Landing Craft Mechanized). Анкара планирует увеличить число десантных судов и приобрести один десантный корабль-док (LPD), два новых LST и 8 быстроходных новых LCT. В то время как все новые LCT были построены с 2010 г. по 2013 г., строительство LPD и LST еще не началось. LPD должны заполнить пробелы в ресурсах, располагаемых ВМС Турции, и в декабре 2013 г. Анкара подписала контракт на 3 млрд евро с местной судостроительной компанией Sedef Gemi Insaati A.S. и испанской компанией Navantia для выполнения указанного проекта. Первую единицу планируется принять на вооружение в 2021 г. В мае 2011 г. турецкое Министерство обороны и судостроительная компания ADIK Furtrans подписали контракт стоимостью 370 млн евро на строительство двух новых LST: первая единица будет введена в эксплуатацию в 2017 г. Благодаря новым LST и LPD Турция сможет осуществлять транспортировку на дальние расстояния и поддерживать действия ВМС при конфликтах, схожих с ливийским.

Читайте также:  Волны бьют борта крутые ночь над морем

На сегодняшний день российский Черноморский флот остается «прибрежным флотом» советских времен с ограниченными возможностями действия в открытом море. В его состав входит 1 гвардейский ракетный крейсер «Москва», являющийся флагманом флота, 1 классическая подводная лодка, 3 фрегата, 7 больших десантных кораблей и несколько малых противолодочных судов, ракетных и артиллерийских катеров. Примерно 90 % тоннажа флота дислоцируется в портах Крыма, преимущественно в Севастополе (80 %), а также в Феодосии (9 %). В 2014 г. средний возраст около 40 боевых единиц достиг 36 лет, что подчеркивает необходимость их замены. Черноморский флот обслуживается 13 тыс. военнослужащих, дислоцированных преимущественно в Крыму, а также на других военно-морских и авиационных базах, например, в Темрюке (единственная военно-морская база России в Азовском море), Новороссийске, а также Очамчире и Гудауте в Абхазии. Флоту не хватает средств воздушной обороны и воздушного нападения, и этот пробел восполняется при помощи наземных объектов. По имеющимся данным, еще в марте 2014 г., вскоре после начала военной операции, завершившейся аннексией полуострова, Москва развернула в Крыму ЗРК С-300. С другой стороны, в первой половине 2000-х была начата реализация плана по модернизации Каспийской флотилии, и этот процесс все еще не закончен. Эти подразделения ВМС соединяет Волго-Донской канал, через который можно осуществлять быструю доставку малых артиллерийских судов и ракетных корветов из одного моря в другое по территории России, а точнее — ее южной части. В Каспийскую флотилию уже поступили 2 новых фрегата (проекта 11661): «Татарстан» (вступил в строй 2003 г.) и «Дагестан» (сдан в 2012 г.), а также 3 корвета (проекта 21630): «Астрахань» (сдан в 2006 г.), «Каспийск» (2011) и «Махачкала» (2012). В рамках Государственной программы вооружения на 2011—2020 гг. Каспийская флотилия получит еще 4 ракетных корвета (проекта 21631) с крылатыми ракетами «Калибр». Две первых корабля, «Град Свияжск» и «Углич», были сданы в июле 2014 г., а третий, «Великий Устюг», был введен в строй в декабре 2014 г. Следующие корабли также поступят в Черноморский флот. Расширение Черноморского флота является одним из важнейших приоритетов государственной программы вооружения, и до 18 новых единиц должны быть сданы до 2020 г. Москва также планирует расширить свое присутствие в регионе Черного моря, создав новые военные объекты в Абхазии и Южной Осетии, а также развернув дополнительные мобильные береговые ракетные комплексы. Новые морские платформы будут включать 6 многоцелевых фрегатов проекта 11356М, в настоящее время строящихся на судостроительном заводе «Янтарь» в Калининграде. Головное судно, «Адмирал Григорович», было спущено на воду в середине марта 2014 года, и должно войти в состав флота в конце 2015 года. Новые фрегаты проекта 11356М, созданные на основе советских фрегатов типа «Кривак», будут оборудованы противокорабельными (ракета П-800 «Оникс», ракета «Клуб») и противовоздушными (ЗРК «Штиль») ракетными комплексами. Первая партия из трех фрегатов уже была оснащена двигателями, однако ввод в эксплуатацию следующих трех единиц кажется проблематичным, так как их поставщиком являлось украинское предприятие «Зоря-Машпроект». Вследствие украинского кризиса для изготовления двигателей России пришлось воспользоваться услугами отечественного производителя «Сатурн», что привело к задержке ввода в строй последних трех кораблей проекта 11356 на 2—3 года. Шесть новых классических подводных лодок (проекта 0636.3, класс «Кило»), построенных на Адмиралтейских верфях (Санкт-Петербург), также ожидают ввода в строй. Первая из них, Б-261 «Новороссийск», была спущена на воду в ноябре 2013 г. Ожидается, что она войдет в состав Черноморского флота к концу 2015 г. Новые платформы позволят России существенно расширить свои возможности преграждения доступа/блокирования зоны (A2/AD) и укрепить южный фланг страны. Более того, аннексия Крыма Россией, скорее всего, станет существенным стимулом для развития Черноморского флота. Москва объявила о планах по пересмотру всей системы базирования флота, а также по развертыванию новых единиц в краткосрочном периоде. Помимо этого, необходимо в ближайшее время решить проблему недостатка обслуживающей инфраструктуры: по имеющимся сведениям, Россия разработала планы по развитию и переоснащению верфей Севастополя.

До присоединения Крыма к России Украина обладала наиболее мощным военно-морским потенциалом на Черном море. Владея Крымом, Киев располагал лучшим портом на Черном море — Севастополем, а также самой длинной береговой линией и крупнейшим участком континентального шельфа в регионе. Тем не менее на военно-морскую мощь Украины отрицательное влияние оказывали структурные проблемы и недостаток финансирования. Флот Киева является результатом раздела советского Черноморского флота в 1997 г. и характеризуется очень низким уровнем эксплуатационной пригодности. Украинский флот располагает только одним судном, способным выходить в открытое море, «Гетман Сагайдачный», а его единственная подводная лодка, советский «Фокстрот», не подходит для боевых действий. Однако Украина планировала провести модернизацию своего флота посредством реализации программы по строительству корветов с бюджетом 1,5 млрд евро, утвержденной украинским правительством в марте 2009 г. Изначально планировалось заказать 10 корветов проекта 58250, но ввиду финансовых трудностей в 2010 г. Киев урезал программу до 4 единиц . Головное судно «Владимир Великий» находится в процессе строительства на Черноморской верфи (г. Николаев), осуществляющегося с участием нескольких западных компаний, включая немецкую Rheinmetall. Планировалось, что корабль войдет в строй в 2015 году, и еще 3 единицы будут добавлены во флот к 2021 году. Тем не менее реализации этой программы препятствуют продолжающийся кризис и критическая экономическая ситуация в Украине. Помимо этого, основная часть украинского флота базировалась на крымских военно-морских объектах, и в результате военных действий на полуострове Россия захватила 70 украинских военных кораблей. Однако, учитывая довольно плачевное состояние кораблей, Москва начала возвращать их Украине, и 11 апреля 2014 г. первая партия украинских военных кораблей прибыла в Одессу. В июле 2015 г. Россия заявила о готовности вернуть Украине последние 20 из 70 судов, захваченных в марте 2014 г. Потеря Крыма оказала пагубное влияние на военно-морскую мощь и потенциал Украины. Поскольку в ближайшем будущем возвращение Крыма Украине маловероятно, Киеву следует изменить размер своего флота, списав старые и ненужные единицы. Более того, в связи с сокращением береговой линии численность военно-морской авиации Украины стала избыточной, и для нее также актуален вопрос списания единиц (Украина располагает 72 противолодочными вертолетами, но большинство из них не пригодны для боевых действий).

С 2009 г. в Грузии отсутствует флот — в этом году грузинские ВМС были объединены с Береговой охраной, входящей в состав пограничной полиции Грузии. После грузинско-российского конфликта 2008 г. Анкара передала Грузии 2 патрульных судна (2008—2009) в целях укрепления способности Тбилиси контролировать свои границы с Турцией . Что касается количества морских платформ, силы Грузии сравнимы с силами Азербайджана, Болгарии и Украины и преимущественно состоят из судов второго и третьего ранга, предназначенных для береговой охраны и патрулирования. Несмотря на то, что ВМС Румынии вдвое больше сил предыдущей группы стран — она располагает 4 корветами и несколькими патрульными катерами — они пригодны только для береговой охраны. Более того, у Румынии нет военно-морской авиации, и она не может осуществлять воздушное патрулирование или противолодочную оборону, как и Грузия с Азербайджаном.

Источник

Adblock
detector